Глава 7
Открыв глаза утром, Джеймс почувствовал, что больше не в состоянии лежать. Жизнь возвращалась к нему, и он просто не мог потратить ее на бесцельное созерцание пустой комнаты. Еще некоторое время он провел, пытаясь систематизировать полученные факты относительно острова и его обитателей. Несомненно, размах открывшейся картины потрясал воображение. Невзирая на боль и отчаяние, которые причинили пираты местным жителям, молодой человек не мог не восхититься их смекалкой и отчаянной смелостью. Надо же было так исхитриться, найти место, которое так идеально отвечало всем их требованиям, так прекрасно скрывало их от глаз судов, осуществляющих патрулирование этих вод. Еще одним крайне неприятным сюрпризом для Джеймса стало сотрудничество генерал-губернатора, судьи и прочих представителей органов власти с бандитами, их явная и всяческая помощь пиратам. Этот факт вызывал у него отвращение. Неужели для них доверие королевы и парламента, назначившего их на эти должности, ничего не значили, по сравнению с жаждой наживы? Неужели лучше быть марионеткой в руках пиратов, вечно бояться разоблачения, и мести своих необузданных дружков, чем вести честную, благообразную и порядочную жизнь, как это и полагается людям их круга? Ответ на эти вопросы оставался для Джеймса загадкой. Его интересовало, было ли это решение добровольным или бандиты принудили исполнять свою волю путем угроз или пыток. В некоторой степени принуждение смягчило бы их вину, но, то, что ему было известно об этих людях, наводило его на сомнения. Репутация самого генерал-губернатора была изрядно подмочена, несколько раз он попадался на получении незаконных доходов и шантаже. Судья неоднократно выносил приговоры, ориентируясь не на доказательства вины или волю закона, а на то, кто является его подсудимым, или на других заинтересованных лиц. Но, куда бы не направлялись его мысли, как бы они не крутились в его голове, он то и дело возвращался мыслями к Серене. Странно, эта девушка, не имеющая ничего общего с тем миром, к которому он привык, вызывала у него странное чувство. Он не мог, не должен был ни при каких обстоятельствах рассчитывать на то, что она окажет им помощь. Порядочность и милосердие редко можно было бы встретить и в куда более утонченных кругах, а уж здесь, в этом богом забытом месте, да еще и в таком окружении, это было просто немыслимо. Джеймс поднялся с кровати и немного прошелся по комнате. Было позднее утро. Остальные уже ушли на плантацию. Гари спал, вздрагивая и постанывая во сне. Не беспокоя его и без того тревожный сон, молодой человек тихонько вышел из комнаты и, пошатываясь, побрел по темному коридору. Впереди виднелся яркий свет, очевидно, что это был выход на улицу. Южное солнце по-прежнему здесь властвовало, жара стояла невыносимая. Во внутреннем дворике никого не было, также как и на террасе, где они обычно обедали. Из здания, которое всегда было закрыто и стояло поодаль от внутреннего двора, доносились голоса и непонятный гул. Все двери и окна здания были открыты нараспашку. Несколько мальчишек со всех ног выскочили оттуда, едва не сбив Джеймса с ног, и промчавшись мимо него, влетели в дом. Эхо от их громких голосов мгновенно погасло в холодных каменных стенах. Через несколько мгновений ему навстречу выбежала Регина, ее явно застали врасплох, она была в рубашке и брюках, с непокрытой головой. Не обратив на него никакого внимания, девушка стремглав пробежала мимо и стрелой влетела в ангар. Чувствуя, что там что-то случилось, Джеймс поторопился вслед за ней. Впервые оказавшись внутри, он не мог понять, что здесь такое происходит, и откуда этот шум и чудовищный запах. Вонь внутри стояла поистине непередаваемая. Смесь сладкого запаха гниющих растений, каких-то лекарственных средств и пронзительный, всепоглощающий запах горячего рома. Казалось, что здесь больше не осталось воздуха, и вместо него был только один ром. На мгновение, Джеймс потерял всякую ориентацию в пространстве. Оказавшись после яркого солнечного света в темном помещении, сплошь заваленном какими-то непонятными мешками и ящиками, он то и дело спотыкался. Наконец, в очередной раз споткнувшись обо что-то очень твердое, Джеймс остановился, присел на корточки и крепко зажмурил глаза. Проведя в таком положении около минуты, он открыл глаза и начал озираться по сторонам. Зрение уже немного адаптировалась к полумраку. Кругом находилось множество мешков и ящиков, набитых какой-то непонятной коричневой массой, некоторые из которых были открыты. Джеймс подошел к ящику, пощупал содержимое, понюхал его и, наконец, решился попробовать. К его удивлению, это оказался самый обыкновенный тростниковый сахар. Качество его, конечно, оставляло желать лучшего. Сахар был немного прогорклым, отдавал дымом, и имел странный травянистый привкус, а, судя по вкраплениям, имевшимся в нем, он был крайне плохо переработан, некоторые части растений попали в готовый продукт. Странно, подумал Джеймс, казалось что здесь на острове производит ром, причем тут сахар. Через несколько секунд до него дошло, что сахар является основным сырьем для производства рома. Еще раз оглядевшись по сторонам, он заметил множество огромных, высоких чанов и бочек. Не имея ни малейшего представления, о том, что бы это могло быть, Джеймс пошел на гул голосов. Зрение окончательно привыкло к полумраку, и теперь он хорошо мог разглядеть то, что находилась в здание. Он мало себе представлял процесс производства тростникового сахара, а тем более как произвести из сахара ром. Он вышел в большой просторный зал, из которого, судя по скоплению народа, и доносился шум. Среди находившихся здесь, он заметил несколько хорошо ему знакомых людей. Здесь были старый Билл Гризли и чернокожий Сэм. Народ с интересом рассматривал странный агрегат, состоящий из нескольких последовательно соединенных труб, большего и меньшего диаметра которые под разными углами то поднимались, то опускались над землей, соединяя между собой несколько больших емкостей. Похож