ть, и невольно испытала огромную благодарность Джеймсу и Гари, за то, что они сделали. Не окажись их в лесу тот самый момент, когда телега застряла, возможно, им бы не удалось так легко и ловко провернуть все дело. Джеймс постепенно переставал быть в ее глазах обычным каторжником, а превращался, если не в друга, то, по-крайней мере, в человека, заслуживающего доверия. Ее немного беспокоило то незримое, что витало между ними. Она не хотела думать о нем, но, стоило только на секунду ее памяти вернуться к их поцелую, как вдруг в груди ее начинало учащенно биться сердце. Чем больше она пыталась заставить себя не думать о нем, тем больше он проникал в ее сознание. Ей нравилось его внимание, и, как ни странно, его поведение. Она уже давно привыкла, что на их острове обитает множество мужчин, лишенных женского тепла и ласки, поэтому посягательства на ее тело случались неоднократно, она уже давно научилась защищать себя. Пираты и каторжники не отличались галантностью и, какими бы то ни было манерами, любой контакт с ними в этом ключе всегда заканчивался применением силы. У Серены всегда был припрятан нож в сапоге, и пара пистолетов. Она никогда не выходила из дома невооруженной. После того как Лазаро стал все больше и больше распускать руки, девушка потеряла всякую надежду на то, что она сможет когда-нибудь довериться мужчине. Странно, но поведение Лазаро и Джеймса было очень похоже, они оба открыто заявляли о своих притязаниях. На этом схожесть заканчивалась. Если Лазаро, не стесняясь, использовал свое положение и силу, то Джеймс, хоть и не оставлял никаких недомолвок относительно своих желаний в отношении нее и использовал силу, но никогда не позволял себе переходить к черту. Он всегда оставлял ей возможность выбора, давал ей шанс уйти, если она хочет. Она не привыкла к этому, чтобы с ее желаниями считались, и такое проявление истинного мужского характера заставляло ее чувствовать себя по-новому. Постепенно, сама того не осознавая, Серена начала засыпать. Солнце уже взошло, выслушив росу на траве и листьях деревьев. Девушка проснулась неожиданно, от урчания собственного голодного желудка. Открыв глаза, она на мгновение растерялась, не поняв, где она находится. Но услужливая память быстро воскресила в ее сознании все произошедшие накануне события. Ругая себя за свое опрометчивость, что позволила себе уснуть здесь, прямо на открытом месте, на виду, и благодаря провидение, хранящее ее от бандитов, она быстро поднялась на ноги, и отправилась к самой дальней стене, где когда-то стоял алтарь. Подойдя к нему, девушка откинула несколько камней, открыв отверстие в стене, достаточное для того чтобы в него можно было пролезть. Она юркнула внутрь. Ее отец и Гризли уже давно облюбовали это место. Гризли, как основатель этой миссии, специально оставил несколько потайных мест в церкви, на случай, если случится что-то непредвиденное. Как показало время, он оказался очень дальновиден. Она немного постояла прямо у входа, чтобы зрение, привыкшие к яркому солнечному свету, немного адаптировалось к темноте. Потом она нашла спрятанные внутри сумку и большой сверток. Там, на всякий случай, всегда хранились продукты, и одеяла. На тот случай, если кому-то срочно понадобится бежать. Найдя все это, девушка подошла к выходу, расстелила одеяло, и распаковала содержимое сумки. Еда, конечно, была скудной. Там были сухари, немного старого, полузасохшего сыра, и сушеные фрукты. Изголодавшейся девушке выбирать было не из чего, она была рада даже такому скудному довольствию. Раздался пушечный выстрел, от которого Серена подскочила на месте и подавилась. Она вскочила на ноги, и, быстро спрятав провиант, стала выбираться наружу. В это время раздалось еще несколько пушечных выстрелов. Серена осторожно вынырнула наверх, оглядевшись по сторонам. Не обнаружив ничего подозрительного, она выбралась из своего укрытия, и снова завалила вход так, чтобы его никто не смог обнаружить. Затем, еще раз оглядевшись по сторонам, она бегом рванула из развалин миссии на океанское побережье, прямо через тропические джунгли. Бандиты нечасто ходили прямо через лес, поскольку тропинок в лесу не было, и кроме того, они не очень хорошо ориентировались в джунглях. Серена же, выросшая на этом острове, знала каждое дерево, для нее не составляло труда найти себе дорогу. Ловко перепрыгивая через заросли лиан и папоротника, поваленные деревья, она в считанные минуты достигла побережья. Зная, что приближаться к пляжам опасно, она выбралась на скалистый обрывистый берег, почти до самого края заросший лесом, создающий прекрасное укрытие для нее. Увидев впереди просвет, она прыгнула и еще раз огляделась по сторонам. Похоже, что за ней никто не следил. Взглянув на море, Серена обмерла. Калипсо, которой удалось-таки благополучно выйти из бухты, миновала первое кольцо рифов. Сейчас время было уже около полудня, и шхуне предстояло дождаться прилива, чтобы миновать второе кольцо рифов. Все паруса были спущены, и корабль повернулся кормой к берегу, чтобы казаться как можно меньше, чтобы ее нельзя было разглядеть с берега. Однако, несмотря на все ухищрения Кристиана, со стороны моря, как раз оттуда, где располагался главный пиратский штаб, к Кристиану летело сразу четыре корабля. Это означало только одно, что, несмотря на все их старания, Калипсо все же была обнаружена. Сейчас Кристиан находился в западне, вместе с ее сестрой. До наступления прилива, у Калипсо не было никаких шансов выбраться из кольца рифов, не разбив корпус корабля. В любом случае, чтобы они не предприняли, деваться им было некуда. Идущая впереди армады небольшая бригантина дала первый залп. Серена узнала этот корабль. Это была Царица вод, та самая, капитаном которой был Питер Монаган. Серена была в отчаянии. Калипсо, вместе с ее пассажирами и командой некуда было бежать, они были обречены. Они тоже уже заметили подходящего к ним на всех парусах врага. На корабле срочно ставили паруса, было видно, что пушки приводятся в состояние боевой готовности. Серена смотрела на все эти приготовления с замиранием сердца, и тихой безнадежностью. Четыре корабля, подплывающие к Калипсо, вряд ли дали бы им возможность отстреливаться. Армада, приблизившись к своей добыче, начала маневрировать, чтобы расположиться вокруг корабля, и иметь возможность обстреливать его сразу со всех сторон, не дав возможности спастись. Тем временем, на Калипсо стали поднимать якорь. Царица вод, уже давшая один залп по кораблю, который, правда, не достиг своей цели, снова готовилась стрелять. Пушечный залп, разорвавший тишину прекрасного солнечного дня, также не причинил вреда Калипсо. Они были слишком далеко, чтобы задеть ее. На Калипсо поставили паруса, и команда большей частью находилась на реях. Серена смогла различить Кристиана, стоявшего у штурвала. Регина, похоже, была рядом с ним. Калипсо начала маневрировать, насколько это могло позволить ей течение и рифы. Серена заметила, что пушки, которые на Калипсо были приведены в состояние боевой готовности стали нацеливать каким-то необъяснимым образом, все их дула, как будто смотрели в одну точку. Кристиан махнул рукой, Калипсо дала первый залп, который, однако, не был направлен ни на один из пиратских кораблей. Пираты ответили на этот залп звучными криками, воплями и улюлюканьем, доносившимися даже до того места, где пряталась девушка. Тем временем, на Калипсо снова заряжали пушки. Кристиан снова махнул рукой и снова раздался залп, снова не причинивший пиратам никакого вреда. Серена озадаченно смотрела на происходящее. Кристиан был очень толковым шкипером, не однократно участвующим в морских сражениях, он точно знал, что нужно делать в такой ситуации. Сейчас же его поведение, его команда стрелять по пустому месту, приводила Серену в замешательство. И, похоже, что не одну Серену. Пираты, вместо того чтобы атаковать корабль, или хотя бы дать по нему залп, просто таращились на Калипсо. Прошло еще немного времени, и, похоже, что Монагану надоело все это представление, и он отдал приказ заряжать пушки на Царице вод. Три других корабля, увидев приготовления своего капитана, тоже стали заряжать свои орудия. Тем временем Калипсо, развернувшись по течению, оказалась как раз между пиратскими кораблями, два были у нее с одной стороны и два с другой стороны. В случае пушечного залпа со всех четырех кораблей, от Калипсо не осталось бы и щепки. Матросы, тем временем стали поднимать паруса и ставить их определенным образом. Якорь был поднят, и Кристиан резко изменил курс. Калипсо сорвалась с места и на всех парусах рванула прямо на рифовое кольцо. На всех четырех кораблях одновременно раздался пушечный залп, который должен был разнести Калипсо в щепки. Но вместо этого случилось чудо, и Калипсо словно ласточка, на быстрых крыльях пролетела мимо пиратских кораблей, пушечный залп, который они готовили ей, пришелся по ним самим. На всех четырех кораблях разнеслись яростные вопли. Капитаны тут же дали приказы поднимать паруса, перезаряжать пушки и все устремились в погоню за столь желанной добычей, которая уже была почти у них в руках, но сумела сбежать. Хотя, насчет побега судить было еще рано. Очевидно, Кристиан решил попробовать прорваться через рифовое кольцо, не д