было ни единого облачка, и ни одно дуновение ветра не сулило им ускорения хода лодки. Путешествие обещало быть утомительно долгим. Жар у Джеймса так и не спал. Осмотрев его рану, они заметили, что она начала менять цвет, стали появляться багровые оттенки около пулевого отверстия. Ничего хорошего это не означало. Серена снова сделала перевязку, обильно смазав рану сомнительного вида снадобьем, которое она тоже утащила из каморки сторожа на причале. Все остальные скудные запасы лекарств, которые у них были, она уже извела на Джеймса. К вечеру состояние его заметно ухудшилось. Жар поднимался, его начало лихорадить. Серена и Гари, чем могли, пытались облегчить страдания раненого, но все их усилия пропадали втуне. Рана на спине начинала потихоньку загнаиваться. Им срочно был нужен доктор. Ночь прошла тревожно, они по очереди дежурили около него, опасаясь самого худшего. К счастью, сильно похолодало, что было им на руку, и они смогли хоть немного сбить жар. Рана постепенно раздувалась, как большая, напившаяся кровью пиявка. Сначала она покраснела, затем цвет стал темнеть, и из кроваво-красного перешел в синюшный, с багровым отливом. Зрелище становилось все страшнее и страшнее. Сам Джеймс большую часть времени был погружен в беспокойный лихорадочный сон. Он то пытался куда-то идти, то разговаривал во сне, причем не только по-английски. Как выяснила Серена, ее новообретенный друг знал кучу иностранных языков, и говорил на них весьма бойко. Иногда, в его бреду рассказывали и вовсе странные имена или вещи, к которым, по представлениям девушки, он не мог иметь никакого отношения. Слушать все это было ей странно, если не сказать страшно, поскольку иногда он упоминал очень высокопоставленных персон. Она спросила у Гари, откуда он мог их знать, но тот только отмахнулся в ответ, сославшись на лихорадочный бред. Безусловно, это так и было, но некоторые вещи были настолько невероятны, и так четко описывали реальные события, что у Серены шли мурашки по коже. Ночью, когда жара спала, они снова сделали Джеймсу компресс из воды с ромом, но жар держался. Джеймсу, похоже, стало немного легче, он перестал беспокойно метаться во сне. Гари, вымотанный тревогой и отсутствием возможности помочь своему другу, тоже прилег немного поспать. Серена осталась бодрствовать. Еще раз, намочив кусок ткани холодной водой, она укрыла им Джеймса. Странно, до этого она никогда не замечала, насколько он стал ей близок. Судьба ее не раз сталкивала с разного рода людьми, и она приучила себя никому не верить, ни о ком не сожалеть и никому не доверять настолько, чтобы от этого зависела ее жизнь. Страх давно поселился в ее душе, стал ее постоянным спутником и советчиком. Джеймс, словно принадлежал к иному миру, он настолько легко и просто проник в ее сознание и вписался в него так, как будто всегда незримо был его частью, а тут появился сам целиком. Вот и сейчас страх не давал ей забыться расслабляющим сном, она продолжала снова и снова прокручивать недавние события, пытаясь представить себе, что и где можно было бы исправить, повернуть вспять произошедшее. Она сознавала бесполезность своих усилий, но не могла остановиться. О том, что ее ждало впереди, она не могла даже думать. Это мысли, словно ядовитая змея, забрались в ее мозг и свили там себе гнездо, отравляя все вокруг. Серена гнала их прочь от себя, но они снова и снова возвращались к ней и жалили в самое сердце. Она только один раз в своей жизни была в Британии, это было в ее далеком детстве, когда они всей семьей, еще без Регины, ездили в гости к той самой маминой сестре, к которой она сейчас и направлялась. Она, как заклинание, раз за разом повторяла адрес, где жила ее тетя, словно надеясь, что провидение само проложит ей путь к их дому. Чем дольше девушка сидела одна, тем больше беспокойство ее снедало. Чувствуя, что еще немного и она просто разрыдается, Серена, неожиданно для себя, начала молиться. Она давно этого не делала, с тех самых пор, как пираты разрушили миссию, где служил Билл Гризли. Тогда она не могла поверить в то, что Бог мог допустить такое, что на голову сотворивших такое преступление тут же не обрушилась кара небесная, и что этим извергам все сошло с рук. Ей, воспитанной в религиозной семье, с привитыми с детства божьими законами, это казалось просто немыслимо. Для нее это было потрясением, все то время было залито тьмой в ее душе. На какое-то время, она просто потеряла веру, и жила инстинктами, как первобытный человек. Столкнувшись с таким огромным злом, она, чтобы выжить, стала подобна им. Не думала, не верила, а просто действовала так, как того требовали обстоятельства. Принимала решения и приводила в их исполнение, не думая о морали или высшем смысле, не ожидая расплаты или милости свыше. Нужно было просто выжить, защитить себя и свою семью, и именно это она и делала. Теперь судьба приготовила ей еще одно испытание и не оставила сил, чтобы его пройти. Ей до сих пор не верилось, что все это происходит наяву, она в душе продолжала надеяться, что еще немного, и она проснется, и все это кажется лишь плодом ее воображения. Она отказывалась верить, что это реальность, и не хотела с ней мириться. Молитва пришла к ней сама, почти что против ее воли. Слова ей были давно знакомы, но так давно ею не произносились, что казались откровением. Серена закрыла лицо руками и продолжала молиться про себя, так и не произнося вслух не одного слова. Слезы медленно текли по ее щекам и рукам. У нее было странное ощущение, будто вместе с ее слезами уходит из ее сознание и горечь, уступая место успокоению. Она не знала, сколько времени она так просидела, перебирая в уме все, что случилось в ее неспокойной жизни, но постепенно усталость начинала брать свое и девушка сама не заметила как уснула, навалившись спиной на борт лодки. Утро встретило их промозглым туманом и холодом, какого давно уже не было в этих южных широтах. Сезон дождей готовился вступить в свои права. Несмотря на холод и сырость, Джеймса продолжало лихорадить. Рана все больше и больше синела и раздувалась. Серена и Гари, с замиранием сердца смотрели на своего друга и не знали, что им делать, как ему помочь. Потеря времени грозила бедой, но помощи искать было негде. Постепенно солнце, поднимающиеся над горизонтом, развеяло молочно белые клубы тумана и прогрело воздух, но надежда к путникам так и не вернулась. Все попытки облегчить страдания раненого терпели неудачу, ему становилось все хуже и хуже. Питьевая вода, которой они запаслись, стремительно убывала, как и запасы еды. Было от чего впасть в отчаяние. Серена сидела около Джеймса, все также наклонившись на борт лодки, Гари лежал на скамье лицом вверх, тоже повернувшись к Джеймсу, только поэтому они видели, как к ним на быстрых парусах летит надежда на спасение. Лишь только услышав крики, донесшиеся с корабля, они встрепенулись и, подскочив на месте от неожиданности, стали прыгать, как сумасшедшие, кричать и размахивать всем, чем только можно было, привлекая внимания. Это был небольшой торговый бриг, видавший виды, но он сулил путникам надежду, с которой они уже было простились. Кричать и размахивать руками не было никакой необходимости, корабль и так направлялся к ним, похоже, что их уже давно заметили впередсмотрящие. Местные воды раньше кишели пиратами, теперь их число поубавилось, но морское братство всегда заботилось о своих членах, и как минимум, подбирало выживших. Не прошло и нескольких минут, как бриг уже сбавил скорость, и беглецы заметили, как на корабле готовили трап и веревочные лестницы, явно собираясь поднять их на борт. Серена чувствовала такой необыкновенный прилив благодарности к судьбе, к небу, за то, что они услышали ее молитвы и откликнулись так быстро. То, что это не пираты, девушка поняла почти сразу, как только увидела корабль. У дона Сантьяго никогда не могло бы оказаться корабля с такой сильной осадкой, для них важны были скорость и маневренность, чтобы всегда иметь возможность уйти от погони. -Эй, вы там, на ялике, что случилось? -На нас напали пираты! - не задумываясь, соврал Гари, - помогите нам, у нас раненый! -Что ты делаешь? - прошипела Серена, - зачем ты врешь им? -Видишь ли, объяснять им, что мы арестанты, которых пираты привезли на остров, который уже давно находится в их собственности, не кажется мне разумным. Сама подумай, стала бы ты помогать таким как мы. -Вряд ли! - ответила девушка. -Вот именно! -Как мы объясним наш вид? -Мы были в плену, но нам удалось бежать, вот и все. -Если они начнут нас расспрашивать, что тогда? -Положись на меня, все будет в порядке. Серена все больше и больше начинала нервничать. Только что ей казалось, что вот оно, долгожданное спасение, а теперь она боялась этих людей на корабле. Тем временем, в лодку упал конец веревочной лестницы, и несколько матросов из команды уже быстро спускались к ним. -Что тут у вас? - спросил один из них, по виду главный. -На нас напали, взяли в плен, но нам удалось бежать, - скороговоркой ответил Гари, -Нашего друга ранили пираты, - резко сказала Серена, - у вас на корабле есть доктор? -Нате-ка, да тут еще и девица имеется! -Да ты прям в рай попал, парень! - заржал кто-то из матросов. -Попрошу повежливей с мисс Брук! - отшил наглеца Гари, - Она и так много пережила за последнее время, ей еще только ва