ства. Казалось, что ему глубоко безразлично, как его воспринимают окружающие люди. Он производил впечатление настоящего пройдохи, который прекрасно знает себе цену, и не остановится ни перед чем, чтобы получить желаемое. -Герцог Мальборо! - он громко приветствовал седовласого мужчину. Семья, уже успевшая немного уйти вперед, оглянулась на зов. Седовласый мужчина что-то негромко сказал своей жене и детям, и двое юношей, взяв под руки мать, неторопливо направились прочь от церкви, девушки последовали следом. В это время нежданный попутчик нагнал герцога. -Доброе утро, герцог Мальборо! - поздоровался он. -Доброе утро, Джеймс, доброе утро! Вы, как я вижу, не можете хотя бы на минуту успокоиться и перестать привлекать всеобщее внимание. Ваше появление в церкви, могу поспорить, перепугало добрую половину прихожан. -Вы сегодня чересчур ворчливы, герцог, я бы сказал. К счастью, сегодня у вас есть на это повод и поэтому от всего сердца вас прощаю. Примите мои искренние соболезнования, - тихо и без малейшего актерства сказал Джеймс. - Спасибо, Джеймс, думаю, соболезнования уже ни к чему, но, тем не менее, я благодарен тебе, и очень тронут твоей заботой. -Как себя чувствует герцогиня? - спросил Джеймс, глядя вслед удаляющейся семье герцога. Его глаза пристально смотрели за хрупкой фигурой женщины, идущий впереди, и поддерживаемой с обеих сторон своими сыновьями. Она шла, не обращая ни на кого ни малейшего внимания, сгорбившись, как старое дерево. -Что тебе на это ответить, Джеймс? Так же, как и всегда. Вот уже десять лет, как мы не празднуем Рождество. Для нас этот праздник день скорби. Хуже всего то, что мы даже не можем дать волю ни радости, ни печали, поскольку не знаем, жива наша дочь или Господь уже забрал ее к себе. Если так, значит, на небе стало одним ангелом больше. Но если нет… - он ненадолго замолчал, потом поднял глаза своего собеседника, - в таком случае участь ее может быть весьма и весьма печальной. Испытания, выпавшие на ее долю, могут оказаться настолько тяжелыми, насколько это возможно для живого человека. - Все возможно, господин герцог, и все-таки, по-дружески, я бы вам посоветовал положиться на волю божию. Вы очень много сделали для всех честных граждан этой страны и ее колоний и мне хочется надеяться, что это зачтется, если вам, то хотя бы вашей дочери. - Дальше они продолжали свое шествие вдоль прекрасных особняков, в изобилии украшавших эту часть города. -Итак, молодой человек, - после долгого молчания продолжил герцог, - даже сегодня, в канун сочельника вы не смогли заставить себя явиться в церковь вовремя. И, как я могу судить по вашему осунувшемуся лицу, ночь сегодня была бурной. -Герцог, вы преувеличиваете мои доблести! Хотя, признаюсь честно, поспать мне сегодня удалось немного. -Могу я поинтересоваться, кто та лица счастливица, удостоившаяся такой чести? Ну, во-первых, не счастливица, а счастливец. -То есть?! Милый граф, вы меня смущаете! Вот уж никак не мог подумать, что вы переключите свое внимание на мужчин! -Да будет вам, герцог! – засмеялся Джеймс. – Ночь я провел в обществе начальника полиции, а также к нам периодически присоединялись начальник городской тюрьмы и три полицейских следователя, да еще несколько коронеров. -Ах, вот как! Интересно, что именно побудило вас к такому время препровождению? Дела не оставляют вас в покое даже в рождество? Случилось нечто неожиданное? - К сожалению, у нас возникли некоторые неприятные обстоятельства. С Вашего позволения, я должен буду вам доложить о них, но я хочу дождаться отчета о проведенном расследовании полиции. Дело очень серьезное, и я бы не хотел поднимать тревогу напрасно. -Ну что ж, как хотите молодой человек. Теперь я не на шутку встревожен. -Повод для тревоги у нас есть, но все же, давайте не будем сгущать краски, пока все не выяснилось окончательно.- Джеймс на некоторое время замолчал, погрузившись в свои мысли, но быстро вернулся к действительности, - Как ваша жена? - Для нее это день всегда очень тяжек. Герцогиня чувствует себя так же, как и всегда. По-другому не получится, сами понимаете. Прошло уже десять лет с тех пор, как нашу дочь похитили неизвестные, и нет никакой надежды на то, что мы ее когда-либо вернем. - Почему же, герцог, нет никакой надежды? Надежда умирает последней, как известно. -В этом ты прав, друг мой. Надежда, конечно, жива. Точнее мы очень хотели бы верить, что Джоана еще жива, и что какие-нибудь сердобольные люди приютили ее под своей крышей. Я не хочу даже думать о том, что могло с ней произойти, если она все еще остается в руках своих похитителей. - Герцог болезненно поморщил лицо. Его молодой спутник посмотрел на него с сочувствием. -Я понимаю ваши чувства, господин герцог. Полагаю, что мысль о том, что твой ребенок находится руках людей, избравших ее в качестве орудия своей мести ее отцу, кажется Вам невыносимой. Что ж, надо отдать им должное, они выбрали идеальный способ отомстить вам. Предельно низкий и жестокий. Я все не решаюсь спросить у вас, а что было предпринято для ее поисков и какие это дало результаты, и оставили ли похитители после себя какие-нибудь улики, может быть письмо с угрозами? Может быть, их видел кто-то из ваших домочадцев, всех допрашивали? -Ты говоришь как истинный начальник тайной полиции, дорогой граф. Я вот все смотрю на тебя и не устаю поражаться тому, что ты всегда проявляешь такой живой интерес к нашей работе. Ведь при твоем состоянии и положении в обществе ты мог бы вести куда более спокойную и приятную жизнь, нежели та, что ты ведешь сейчас. Ты, как наследник солидного состояния и титула мог бы не влезать во все эти перипетии внутренней и внешней политики, а наслаждаться светской жизнью во всей ее полноте. Ну, ты меня понимаешь – все эти приемы, балы, собрания по интересам в гостиных всех знатных особ Лондона, и не только. Флирт, танцы, улыбки и всяческие знаки внимания красавиц, разве не об этом мечтают все молодые люди твоего возраста? Однако же, вместо этого ты с завидным постоянством оказываешься участником самых опасных дел, с которыми сталкивается наше ведомство. А твоей рассудительности и здравомыслию мог бы позавидовать кто угодно. -Право, господин герцог, вы меня вогнали в краску, как девицу на первой исповеди в страстной четверг. Еще немного и я собой возгоржусь. -У тебя есть для этого все основания. -Как я понимаю, вы решили сделать мне таким образом рождественский подарок – задарить меня комплиментами, чтобы я упивался собственной значимостью, вот значит как, господин герцог? По-вашему, это честно? – улыбнулся Джеймс. - А когда я окончательно возомню себя героем, как вы будете дальше со мной работать, вы об этом подумали? - В этот момент, одна из шедших впереди девушек, оглянулась и пристально, с нескрываемым интересом посмотрела на молодого человека. Сам молодой человек этот взгляд не заметил, но он не ускользнул от внимания ее отца. Он покачал головой, и девушка тут же отвернулась. -Ты явно нравишься моей дочери, - вздохнул герцог. -Уверяю вас сэр, что у вас нет никаких причин для беспокойства по этому поводу. Я ни за что и никогда не позволю себе оскорбить вас таким образом, – незамедлительно и без запинки произнес Джеймс. -Да будет вам известно, молодой человек, я-то как раз не возражаю против подобного союза. -Вот как? Мне всегда казалось, что вы очень щепетильны в делах подобного толка, и уж во всяком случае, меня точно нельзя назвать образцовым претендентом на руку вашей дочери. Моя неистребимая любовь приключениям и авантюрам разного рода, делает меня плохим женихом и, впоследствии, сделает меня плохим мужем, вечно отсутствующим дома. Какая женщина потерпит, чтобы ее супруг вечно мотался по миру, ввязываясь то в один конфликт, то в другой? Кроме того, сэр, количество моих врагов немного уступает вашим, что делает меня опасным спутником жизни. Я полагаю, вы, как никто, понимаете, о чем я говорю. Я бы не хотел, чтобы Джулиана испытала еще раз страх, подобный тому, когда похитили ее старшую сестру. Выйдя замуж за меня, такая опасность будет сопровождать ее всю жизнь. -Я, конечно, понимаю твои опасения, и все же, не стоит из-за всех этих мерзавцев отказывать себе в семейном счастье. Люди так устроены, что им необходимо иметь вторую половину. Необходимо знать, что где-то на этой земле есть человек, которому он не безразличен который ждет его и любит. -Возможно, когда-нибудь смысл этой проповеди я почувствую на себе в полной мере. Но в ближайшее время я не имею желания связать себя священной петлей законного брака. Кроме того, есть еще одно маленькое затруднение. К моему великому сожалению, я не люблю вашу дочь. Она чудесная девушка, и, несомненно, составит счастье любому достойному молодому человеку, но не мне. -Да, это затруднение, причем не маленькое, но любовь такая штука, которая приходит внезапно и, как правило, не уведомляет вас заранее своем приходе. -О да, вы совершенно правы насчет того, что было бы неплохо, чтобы лукавый Амур отправлял нам, простым смертным, уведомительные письма, о том, что он собирается с нами сотворить, - засмеялся Джеймс. Тем временем, неспешно прогуливаясь, они дошли до обширного парка, отделенного от улицы высоким забором великолепной ковки. У дверей их встретил караул из двух солдат в форме и с полным вооружением. Пройдя мимо стражи по дороге, проходящей через парк, они ок