Пролог
1012 год
На небе висел полумесяц, окружённый золотистым сиянием. Лёгкая дымка окутывала его, словно вуаль. Звёзды мерцали на чёрном покрывале. Женщина лет тридцати стояла у крыльца, заворожённая этой красотой. В доме давно все спали, но ей не спалось. Она думала о муже, который так и не вернулся. Тревога сковывала её душу, вызывая дрожь. Она что-то тихо шептала, стараясь успокоиться.
Вдруг впереди мелькнули четыре ярких огонька, будто четыре факела пылали в ночи. Они проникали в самую душу, заставляя сердце биться быстрее. Женщина присмотрелась. К дому на массивных лапах приближался огромный смоляной пёс, словно сама ночь надвигалась на неё.
– Гарм...
Сердце женщины сжалось. Она схватилась за грудь на своём платье, но не смогла издать ни звука. Перед глазами потемнело, дыхание перехватило, она начала задыхаться. Из глаз, носа и ушей потекла алая вязкая жидкость. Во рту появился неприятный металлический привкус. Колени подкосились, она попыталась опереться на изгородь, но упала на землю. Голова гудела, хотелось кричать от боли, сердце стучало так сильно, что готово было разорвать грудную клетку. Кто-то пытался привести её в чувство, но она уже не отвечала. Последний удар в груди заглушил детский крик:
– Мама! Что с тобой, мама?
Глава 1 Плен
1013 год, Уилтшир
“Они найдут меня”, – была единственная мысль в голове.
Я сидела под столом, дрожа от страха и ноющей боли в груди. Меня колотило от мужского топота и криков на улице. Люди умирали, харкали кровью и умоляли остановиться, но варвары были равнодушны к их мольбам. Они продолжали грабить, насиловать и убивать ни в чём неповинных людей. Где-то вдали кричали знакомые моему сердцу голоса. Их обрывал глухой топор безумцев, которые убивали ради наживы. По всему телу шли мелкие спазмы, я вздрагивала, страх охватывал моё сознание. Слёзы стекали по щекам. Спрятавшись под столом, я обняла ноги и замерла, боясь пошевелиться. Мыслей не было, всё это казалось кошмарным сном.
Внезапно дверь с треском отворилась. Послышались тяжёлые шаги, которые отдавались в ушах эхом, сердце останавливалось от каждого скрипа половицы. Раздался протяжный свист, от которого по коже прошла обжигающая волна. Дыхание сорвалось, я с силой зажала рукой рот. Грудь сковывало от страха, ладони стали влажными, а на глаза навернулись слёзы. Впереди показались массивные сапоги, которые оставляли на полу кровавые следы вперемешку с грязью.
– ᛁᚨ ᚲᚺᛁᚢᛋᛏᚢᛁᛟ, ᛋᛏᚺᚨᛏ ᛏᚢ ᛏᚢᛏ, (Я чувствую, что ты тут.) – прозвучал неприятный хриплый говор на каком-то непонятном мне языке. От этого мужского баса меня снова бросило в дрожь. В детстве я уже слышала эти страшные слова. Тогда кричала моя мать, умоляя не забирать её жизнь. И вот я вновь сидела, прячась, как в детстве. Мурашки шли по коже, солёная влага текла по щекам. Я крепко зажимала свои губы, чтобы чудовище не услышало моих всхлипов.
Вдруг перед моими глазами возникло ужасное лицо ー лохматое, мерзкое, с длинными спутанными каштановыми волосами, которые свисали на безобразную физиономию. Я громко закричала. Мужлан протянул ручищу, схватил мои светлые волосы и потащил. Глотку раздирало от крика. Я сжала его грязную кисть и завопила, разрывая голосовые связки. Я отчаянно сопротивлялась, брыкалась и колотила его руками и ногами, но его хватка была в сотни раз сильнее.
– ᛉᚨᚲᚱᛟᛁ ᛋᚹᛟᛁ ᚱᛟᛏ (Закрой свой рот), – вновь прогремело грозное рычание. Наклонив меня над столом, он начал резко сдирать с меня юбку.
Я кричала, стараясь призвать его одуматься:
– Прошу вас! Ради всех святых! Прошу, не трогайте меня!
Но он был непреклонен, его грязные грубые ладони проходили по моим ногам. Варвар с силой держал мою голову, вжимая её в стол. Отбиться не получалось, я уже ощущала его руки между своих ног. Оставалось только плакать и молиться, чтобы эти мучения закончились быстрее, и ангелы забрали меня в чертоги Рая.
Дверь снова открылась, и мужчина остановился, убрав от меня ручища. Колени стали ватными, я упала на пол, начав молиться:
– Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе...
– ᛗᛖᛞᚢᛖᛞᛁ, ᛁᛞᛖᛗ. ᚺᚹᚨᛏᛁᛏ ᛏᚢᛏ ᚹᚩᚷᛁᛉᛁᛏᛖ (Медведь, идём. Хватит тут возиться), – говорил кто-то. Я была рада этому голосу, хоть и ненавидела его всем сердцем. – ᚹᛉᚨᛏᛁ ᛖᛃᚩ ᛏᚩᚢᛉᛖ (Взять её тоже), – прозвучало следом.