❖❖❖
Ульв резко остановился, когда девушка внезапно перестала кричать. Глаза её закрылись, голова завалилась на бок. Что-то словно ударило его по затылку, гнев прошёл. Душа наполнилась тревогой.
– Эй, ты чего? – спросил он, легонько ударив девчонку по щеке. – Надеюсь, ты не умерла?
Он приложил ухо к груди и услышал стук, от чего вздохнул и слез с девушки. Она лежала беззащитная на его кровати в порванной одежде. Он смотрел на неё, разглядывая светлые волосы, маленький нос и малиновые губы.
Сев на стул возле горящего камина, Ульв выдохнул, начиная успокаиваться. Ему вспомнился день перед походом. Он вошёл в дом жреца, в нём всегда было темно и холодно. Он был без окон, горел лишь очаг. Жрец сидел возле него и ждал ярла.
– Ты пришёл, чтобы узнать: одержишь ты победу или нет? Или хочешь спросить, можно ли тебе пересекать границу?
Ульв сел на стул возле провидца.
– Я знаю ответы на эти вопросы, – произнёс ярл. – Я пришёл, чтобы услышать, может, ты что-то хочешь сказать мне.
– Тебя ждут на том берегу. Ты привезёшь волчицу, которая предотвратит смерти на твоих землях.
Вынырнув из воспоминаний, вновь взглянул на девицу. Поднявшись, он поправил разорванную рубаху, прикрыв её налитые груди. Затем накинул меховую шкуру и укрыл её.
– Интересно. И это ты спасёшь мою землю? От кого только? От меня?
В это время женщина, держа свою восьмилетнюю дочь за руку, шла через дремучий лес. На них не было ничего, кроме рубашек. Ступая босыми ногами на ветки и камни, они словно не ощущали боли, не слышали шороха листвы, ни криков птиц, ни звериных завываний. Природа будто звала их обратно, но они не слушали.
Крепко держась за руки, они шагали через густую чащу, пробираясь через заросли, сбивая ноги в кровь. Мать не знала, куда направлялась, рассудок её помутился. Девочка покорно следовала за ней, не задавая вопросов, не прося и не умоляя. Даже звёзд не было видно на небе, вокруг всё затянуло чёрными тучами. Было темно, как в глубокой могиле.
Спотыкаясь, они всё равно шли, не зная страха и боли. Перед ними открылась топь, окружённая травой и зарослями. Лунный свет едва пробивался сквозь плотную листву, освещая путь. В ушах звучал странный голос и мелодия, наполняющие их сердца и души, побуждающие двигаться вперёд. Ноги матери и дочери погружались в воду. Зайдя по пояс, внезапно остановились. Что-то неведомое схватило их, резко утащив на дно. Не было криков и мольбы о помощи, они не сопротивлялись. Над гладью появились два горящих глаза, которые скрывали тонкие светлые мокрые волосы. Нечто погрузилось под воду, оставив за собой гробовую тишину.
❖❖❖
Очнувшись, я открыла глаза. Передо мной был только бревенчатый потолок. Потрогав себя, поняла, что укрыта. Чуть приподняв голову, увидела, что лежала на той же кровати, на которой меня держал варвар. Позади была большая деревянная спинка, украшенная резными узорами. На стенах висели мечи, топоры и щиты. Слева заметила камин из камня, в котором тлели угли. А рядом на стуле восседал Ульв, держа руки на подлокотниках и подпирая подбородок. Сердце забилось быстрее. Я захотела встать и быстро уйти отсюда, но жёсткий голос остановил меня:
– Идиотка! – Я замерла, прикрываясь пледом. – Так вопила. Наверно, все подумали, что я убил тебя.
– А не убил?
– Даже не тронул. Ты отключилась. – Он открыл свои ярко-синие глаза и посмотрел на меня. – Ты чем-то болеешь?
– Ничем я не болею! – возразила я.
– А чего в обморок упала?
– Ты пытался меня изнасиловать!
– Даже сейчас ведёшь себя дерзко, – хмыкнул мужчина. – Это честь возлечь с ярлом.
– Это позор!
– И что же тут позорного?
– Я не дала согласия. Разве не хочется владеть девушкой по её собственной воле.
– Будто у меня есть на это время. Тем более Фрида всегда готова.
– Не понимаешь, о чём я?
– Я понимаю, о чём ты. – Он махнул рукой в сторону. – Твоя новая одежда в бане. Старую я порвал. Отныне поблажек не жди. Иди в баню, освежись и переоденься. Больше не попадайся мне на глаза.