— Проще говоря, детские комплексы, — фыркнула Олимпия, садясь на диван.
— Ещё ничего интересного я не рассказала, так что спи дальше, — сказал ей Кая, приобняв за плечи.
— Ещё успею выспаться, — ответила Олимпия. — А вот тебя послушать и так редко выпадает случай, что бы его проспать.
— Что я могу сказать на это? Дела не терпят отлагательств, — сказала Кая. — Не могу быть уверена, но если меня сегодня ни куда не вызовут, то я обязательно вечером буду дома.
— Могу поспорить, что такое не случиться, — сказала Марина. — ТЫ постоянно по делам летаешь. А если не летаешь, то тебя Маша забирает.
— Кто такая эта Маша? — спросила Олимпия.
— Моя старшая сестра. Она…
— Девочки, давайте вы это потом обсудите, — упрекнул их Зак. — Мы тут от любопытства сгораем, а вы все о своём.
— Зак, не будь так к ним строг, — улыбнулась Кая. — Я же пока ни куда не ухожу.
Г.М.Т. Каи разорвался серией звуков.
— Олимпия, лучше бы ты спала, — обиженно сказал Даниэль.
— Снова оборвали на самом интересном, — тяжело вздохнул Кариэль.
Кая тем временем ответила на звонок:
— Да… уже здесь?.. Хорошо, сейчас открою.
Затем она убрала передатчик и щелкнула пальцами. Дверь в кабинет открылась и вошёл Властитель галактики Отеран. В этот раз Никон был одет не слишком официально. Обычная шелковая красная рубашка, галстук, черные брюки. Марина не могла не заметить его взгляд. С момента их первой встречи его взгляд стал другим. Раньше в них была пустота. Теперь в его глазах горел огонь.
— День добрый. Я вам не слишком помешал? — поинтересовался он.
— Ну, Как сказать, — протянула Олимпия, опередив всех. — Если вы за Каей, то вам здесь не рады. А если вы просто так, за компанию — тогда милости просим.
Марина посмотрела на Олимпию, как на самоубийцу. Так обращаться с Властителем — это первый признак неуважения и оскорбление. Хотя, зная Олимпию, Марина предположила, что она вовсе не хотела оскорблять. Это скорее, обычная форма разговора. А учитывая связь с Каей, когда Олимпия сама не своя, то это вполне ожидаемо.
— И кто тебя научил так разговаривать с Властителями, — покачала головой Кая, и обратилась к Никону. — Нет, ты не помешал. Я тут рассказываю историю твоего проклятия.
— Значит, я вовремя, — кивнул тот, словно и не слышал слов Олимпии. — Как пример для демонстрации.
— О, нет, — улыбнулась Кая. — Если ты снимешь блокирующие пластины, последствия будут, мягка говоря, не очень. Проходи, садись.
Между диванами, где сидели Кая, Марина, Олимпия и дартэры с Заком появилось кресло. Никон прошел и сел в кресло, как на трон.
— Надеюсь, у тебя есть время, что бы я закончила лекцию? — спросила Кая.
— Я ни куда не спешу, — ответил тот. — И я с удовольствием послушаю, что ты будешь рассказывать. Кое-где даже дополню.
— Отлично, — кивнула Кая. — Олимпия совершенно точно выразилась про детские комплексы. Они имели место быть, и даже повлияли в будущем на судьбу Мага. Я лично изучала дневники Иноксиона Артеди.
— Чужие дневники читать не хорошо, — заметил Никон.
— Но иногда полезно, — ответила Кая. — В каждом из его дневников сквозит стремление превзойти своего младшего брата и доказать отцу, чего он достоин. Но отец не хотел принимать своего старшего сына. Вообще, Исидор Отеран был человеком, который не слишком жаловал магов.
— Почему? — спросила Марина.
— В школе он сильно повздорил с одним мальчишкой магом. Из-за чего — Иноксиону было не известно на момент написания дневника. И отец не любил об этом распространяться. Но после этого он стал ненавидеть магов. А его сын был самым выдающимся магом.
— Ох уж эта школа, — покачал головой правитель Отерана. — Все проблемы от неё.
— Я бы так не сказала. И ты сам это прекрасно знаешь, Никон. В те времена, десять тысяч лет назад, люди мыслили немного иначе, нежели мы. То, что нам кажется диким, тогда было в порядке вещей.
— Например? — навострилась Марина.
— Я толком не изучала эту тему, — виновато пожала плечами Кая. — Могу лишь назвать пару примеров. В каждой школе старшие классы угрожали младшим и требовали деньги. Если те не приносили, то их избивали. Проще говоря, школьный рэкет.
— Но зачем? — удивился Фаз. — Им что, денег не хватало?
— Вот видите, мы считаем это дикостью и не понимаем. А то было в порядке вещей. Старшие давили на младших. Младшие давили на ещё меньших. Те в свою очередь начинали воровать у родителей.
— И ни кто не обращался в органы правопорядка? — непонимающе спросила Марина.
— Обращались. Кого наказывали, кого-то исключали. Но это не прекращалось, — ответила Кая. — Тогда люди были не такими, как сейчас, вы это должны усвоить. И порядки были другие.
— Но как так можно? — не унимался Фаз.
— Как-то можно, — ответила Кая. — В наше время такого нет. У нас даже драк нет, и магических дуэлей нет. А тогда дуэли были обычным делом. И не только магические.
— Неужели стрелялись из бластера? — поинтересовался Властитель Отерана.
— Да, было и такое. Причем зачастую по самому простому и безобидному поводу. Обозвал дураком — дуэль.
— А что такое «дураком»? — спросила Марина.
— Оскорбление твоих умственных способностей, — ответила Олимпия.
— Мне определенно нужно провести с тобой воспитательную беседу, — сказал Кая Олимпии.
— С удовольствием, — широко улыбнулась та.
— Никогда бы не подумал, что кто-то будет рад, что его ругают, — покачал головой Никон.
— А Кая не ругает. Она физически не может голос повысить. Она просто прочитает лекцию о правилах морали, это вообще, в крайнем случае, когда сильно провинишься. А так только скажет, как нельзя вести себя в обществе, махнет на тебя рукой, и можно будет идти заниматься делами.
— Не думаю, что ты в этот раз легко отделаешься, — не согласилась с ней Кая.
— Ну, это мы ещё посмотрим, — ответила Олимпия.
— Может, вы потом разбираться будете в отношениях? — спросил Младший. — У нас не так много времени.
— Так вот, Иноксион Артеди очень старался доказать отцу, что он не такой, как все, что он достоин трона. Но отец закрывал глаза на все достижения своего старшего сына и отдал трон младшему.
— Предубеждения мешают власти, — сказал Никон.
— И приводят к очень серьезным последствиям. Иноксион Артеди тяжело пережил такое положение дел. Именно в это время он и отрыл Высший Транс. Транс дал ему могущество и знание. И через небольшой промежуток времени, после открытия Высшего Транса, он встретил Галактиона.
— Наконец-то, — пробурчала под нос Олимпия, а Кая сделала вид, что не заметила.
— Князь Галактион третий не был человеком. Он был ардаром. Эта раса не встречается в Союзе. Ардары очень похожи на людей. Их отличие состоит в том, что у них не красная, а серебряная кровь. Это обусловлено наличием на их родине вещества — ардиола. В дневниках уделялось мало описанию строения Галактиона. По характеру он был не такой, как Иноксион привык. Маг бы и не обратил на него внимания, если бы только в Высшем Трансе не было об этом существе ни слова.
— Как не было? — удивилась Марина. — В Трансе же можно узнать обо всем.
— Магия только часть вселенной и она не дает представления о всей вселенной, — глубокомысленно сказал Младший.
— Верно. Транс при всех его возможностях не распространяется очень далеко. Он имеет ограниченный радиус действия. У Иноксиона это был весь Союз, плюс четыре ближайшие галактики. У обычного Мага Транса — одна галактика. А Галактион был родом из настолько далекого места, что свет его галактик не достигает наших, и не достигнет ещё несколько биллионов лет.
— Ничего себе, — тихо сказала Марина.
Все остальные, в том числе и Никон, тоже были поражены, услышав это.
— Если он путешествует так далеко, то его технологии имеют очень высокий уровень, — сказал через небольшую паузу Зак.
— В дневниках упоминалось, что это не его технологии. Впрочем, это не так важно. Галактион прибыл в галактику Отеран, потому что его сканеры засекли здесь расу людей.