– Отчёт по изъятым архивам Зеруитов готов – тихо начал Даниэль, его спокойный голос приглушался завыванием ветра – Они проводили много исследований в области пространства-времени. Как мы такое упустили?
Вельзувэл посмотрел на простирающийся в дали лес – Передай всё в отдел анализа ордена Науки. Пусть дальше Лиомиир с этим разбирается – он сделал небольшой глоток сока – А как обстоят дела с новыми агентами, переданными тебе? Мюриил и Фабриил?
- Подают надежды – ответил Даниэль – но импульсивные. Им не хватает выдержки. За Мюриил слишком плотно взялся Рафаэль. Я бы рекомендовал ставить их в разные группы.
Вельзувэл кивнул. Его взгляд на мгновение вернулся в гостиную, где Рафаэль и Мюриил оживлённо беседовали у камина – Согласен. Позаботься об этом.
Пока Вельзувэл и Даниэль обсуждали служебные дела, Микаэль, набравшись решимости, подошёл к дивану, где сидела Дариада. Она смотрела на огонь в камине и в её глазах плясали невесёлые размышления.
- Поздравляю с успешно выполненной миссией – сказал он, присаживаясь рядом. Его голос был мягким, лишённым привычной суровости – Твоя работа в тылу Ксилонов была безупречна. Мы бы не смогли договориться с Гирдами без тех данных, что ты вытащила.
Дариада вздрогнула, вынырнув из своих мыслей, и улыбнулась ему – Спасибо, Микаэль. Но это была командная работа. Если бы не данные разведки Малафаира и не ваша работа и наставления….
- Всё же, твоя роль ключевая – настаивал он. Микаэль заметил тень на её лице – Что-то тревожит тебя? Кажется, ты не совсем здесь – он кивнул в сторону весельчака Уриила – В этой праздничной атмосфере.
Дариада вздохнула, бессознательно обвив пальцами колено, которое она прижала к груди – Просто задумалась. Операция прошла успешно, да. Но мы уничтожили целую расу, Микаэль. Гирдов стёрли с карты галактики. Ксилоны так же, как и Нильфы в клетках. Порою я сомневаюсь в правильности методов Арий. Всё это… жестоко – она посмотрела на него, пытаясь найти понимание – И эти эксперименты…. То, что проводят в лабораториях Архейма. Меня это смущает. Сильнее, чем какая-то война.
Микаэль внимательно выслушал её. Его собственное лицо вновь стало серьёзным. Он слышал эти аргументы от неё, и отголоски их в собственной душе – Знаешь, что мне сказал однажды Вельзувэл? И я, как ни тяжело это признать, с ним согласен – он отвёл взгляд в сторону выхода на террасу, где стояли Вельзувэл с Даниэлем, обсуждая рабочие моменты – Все эти расы в совете… они как стая диких зверей. Их удерживает вместе только два чувства. Общий страх перед великим злодеем или перед безжалостным тираном, который не колеблясь применит силу. Другого языка они не понимают. Порядок, который мы навязываем, это единственная альтернатива тотальному хаосу. Жестокость – это цена, которую мы платим, чтобы этот хаос не поглотил всё.
Дариада вздрогнула. В её памяти всплыли образы, которые она надеялась забыть. Ряды капсул в лабораториях Гирдов, где женщины Нильфы, словно живые инкубаторы, рожали на свет стерильных клонов Гирдов. Она вспомнила сотни трубок протягивающихся к телам обнажённых женщин, погружённых в искусственный сон. Ужас, который она видела своими глазами – Да – прошептала она, сжимая своё колено так, что костяшки пальцев побелели – Гирды заслужили сою участь. Они перешли все границы. Ты прав.
Она сделала глубокий вздох, отгоняя мрачные мысли, и попыталась вернуться в настоящее – Прости, что нагружаю тебя этим в такой вечер.
- Не извиняйся – мягко сказал Микаэль, стараясь не привлекать к ним излишнее внимание – Сомневаться, значит оставаться разумным существом. Просто помни, ради чего мы это делаем.
В этот момент к ним подошла Мюриэль, сияющая и немного разгорячённая смехом и пряностями, что были в соке – Вы должно быть Дариада – сказала она, глядя на неё с лёгкой улыбкой – Я многое слышала о вас от Микаэля. Вам повезло с наставником – она кивнула в сторону террасы, где угадывались силуэты Вельзувэла и Даниэля – Он о вас заботится. Это многое значит в нашем мире. Цените это.
Дариада встретила её взгляд, полный грусти и разочарования. Улыбнувшись Мюриэль, она поблагодарила её.
Микаэль молча наблюдал за этим диалогом, с лёгкой грустью осознавая, что его тихая, невысказанная забота всегда будет оставаться в тени той преданности, что Дариада дарила Вельзувэлу. Но для него было достаточно просто видеть её в безопасности и хотя бы отчасти спокойной. Он тихо отошёл в сторону, присоединившись к своему шумному другу.