После минуты молчания Мюриэль не ушла, а села рядом с Дариадой. Немного замявшись, подождав пару минут, Мюриэль всё же собралась с духом – Я хотела принести вам свои извинения. На вас напали на Ксераксусе, из-за чего вы так пострадали – она ненадолго взглянула на Микаэля – Я вижу в вас ту же боль, что испытывает Микаэль.
Дариада нехотя улыбнулась – Вы здесь не виновны. За что вы извиняетесь?
Мюриэль покрутила бокал – За мою выходку, из-за которой Вельзувэлу пришлось покинуть свой дом, чтобы спасти меня. Тогда-то вас и похитили. Полагаю, таков и был замысел Константина.
От услышанного у Дариады перехватило дыхание. Боль от воспоминаний, от которой столь долгое время её избавлял Вельзувэл на мгновение вернулась. Дариада коротко вздохнула, отбрасывая те болезненные воспоминания – Я не задумывалась об этом. Боль от тех воспоминаний ещё слишком сильна.
Мюриэль сделала небольшой глоток сока – Со временем она утихнет – вздохнув, тихим шёпотом она продолжила – Я тоже подверглась процедурам Гирдов…. Я понимаю, как сильно это меняет тебя… как больно ранит.
Дариада смотрела на пляшущие языки пламени в камине – Да. И мне, и Микаэлю, и Уриилу они переписали память. Порою мне ещё снятся те ложные воспоминания. Но Микаэль пострадал сильнее – Дариада мельком взглянула на темноволосого мужчину.
- Знаю. Они задели глубинные воспоминания. Наши врачи и учёные не смогли до них добраться. Теперь ему придётся жить с этим – она внимательно взглянула в глаза Дариаде – С любовью к вам, осознавая, что вы выбрали другого.
Дариада усмехнулась – Он меня не знает. Лишь то, что навязали ему Гирды. Стоит ему это понять, как его любовь рассеется.
Мюриэль улыбнулась, вновь взглянув в сторону Микаэля – Очень на это надеюсь.
Дариада вдруг заметила с какой любовью Мюриэль смотрит на Микаэля, но решила сменить тему – Что Гирды сделали с вами?
- Они прочли всю мою память… после такой процедуры переписать её уже нельзя. Обычно делают или одно или другое – с улыбкой на лице произнесла девушка с бардовыми волосами и узором на теле. Со стороны сильная, эксцентричная и вызывающая женщина, становилась искренней и мягкой. Рокшаса носили маски не только на миссиях, а всю свою жизнь.
- Похоже здесь собрались одни калеки, лишь внешне похожие на здоровых….
Мюриэль засмеялась – Это тёмные дыры нашей профессии.
Вечер постепенно подходил к концу. Уриил, окончательно выдохшись от собственных рассказов, дремал в кресле, укрытый пледом. Мюриэль, попрощавшись ушла, пообещав навестить Микаэля. Рафаэль и Мюриил удалились одними из последних, всё ещё оживлённо беседуя. Микаэль, перед тем как уйти, молча поклонился Дариаде – этот жест говорил больше любых слов о его верности и заботе.
Наконец, тяжёлая дверь особняка закрылась за последним гостем. Тишина, нарушаемая лишь работой роботов, что тихо убирали гостиную, обрушилась на дом. Вельзувэл повернулся к Дариаде, взяв её руки в свои. Безмолвное понимание прошло между ними.
Они ушли в свои покои, где шум вечеринки остался далеко позади. Под струями тёплой воды, смывающей напряжение прошедших дней, они молча стояли в объятиях друг друга. Только здесь, в этой тишине и близости, маски окончательно упали.
Накинув на себя лёгкую хлопковую одежду, они вышли на террасу своей спальни. Ночной воздух был прохладен и свеж. Лес, окружающий их спал, погружённый во тьму. Лишь огни маяков на орбитальных базах мерцали, как далёкие звёзды.
- Сегодня было много всего – тихо начала Дариада, прислоняясь к каменным перилам. Её голос был задумчив – И радость и печаль.
Вельзувэл смотрел в ночь, его профиль был резок в лунном свете – Такова наша работа, кошечка. Собирать осколки, которые другие разбивают в своих амбициях – он помолчал несколько минут, прежде чем сменить тему – Ты говорила с Микаэлем. О чём? – Вельзувэл прижал девушку к своей груди, согревая её теплом своего тела.
- О хаосе и порядке. О жестокости, как о цене за спокойствие.
- Хм – задумчиво протянул Вельзувэл, понимая суть разговора между Даридой и Микаэлем. Он развернул Дариаду к себе лицом и усадил её на перила, так чтобы она смотрела ему прямо в глаза – Цель нашего ордена сохранение равновесия. Не добро, не зло. Равновесие. Чтобы совет не рухнул под тяжестью собственных интриг. Чтобы торговые пути были открыты, а войны велись только на дальних рубежах, а не в сердце цивилизации – он помолчал несколько минут, подбирая слова – А цель Кастиэля… она грандиознее. Он хочет расширять совет. Он видит галактику, объединённую не страхом, но взаимовыгодным союзом. Но он не может позволить себе бездумно приглашать в него каждую расу, что изобрела колесо или гипердвигатель. И без того хрупкое равновесие разрушится. Новые члены должны приходить в стабильную систему, а не в кипящий котёл.