- Тихо, Трезор! - резко бросила хозяйка Авдотья, бросив собаке кусок мяса.
Накормив французскую овчарку, Сидорчук обратила внимание на Якова, который растеряно смотрел то на неё, то на Трезора, то на окно, из которого можно было увидеть ночной лес.
- О! Очнулся, жид. - усмехнулась женщина, - А я уж собиралась тебя приводить в чувства одной смесью... Всё-таки ты целые сутки проспал.
- А?.. Как... Что происходит? - Яков хотел было подойти к Авдотье чуть ближе, однако лай собаки заставил его застыть на месте.
- Тихо! - успокоив Трезора, хозяйка хижины подошла к камину, дабы помешать смесь, которая варилась в котле, - Трезора иногда тянет на ночные прогулки. В последние время он очень беспокойным стал. Стоило ему завидеть странную тень, как он тут же побежал за ней... В общем, вчера мы тебя обнаружили, валяющемся на земле.
- Б-благодарю, сударыня. - Яков потупил взгляд, прижав ладонь к затылку.
- Ну-с, до сударыни мне далековато... Жиды у нас в селе не водятся. Как тебя занесло в Ставросино.
- Я и моя... - затем юноша осёкся, вспомнив, почему он побежал в лес, - А где Ада?
- Какая ещё Ада?
- Моя... Моя невеста. - наконец, Яков решился подойти к Авдотье, - Вчера на постоялом дворе случилась драка, и она от испуга убежала в лес.
- Хм, вот глупая. - затем женщина с задумчивым лицом повернулась к гостью, - Минуточку... Так это она что ли кричала?
- Что? - в горле еврея начал образовываться ком.
- Когда я пыталась затормозить Трезора от преследования тени, я услышала женский крик, а когда мы прибежали, то увидели только тебя. Я тогда подумала, что это ты, жид, верещал аки баба при родах, но сейчас по твоему голосу я понимаю, что это не так.
- Г-где Ада?
- Мне это неведомо, жид. - устало молвила Сидорчук, - Кстати, жители села уже успели поделиться россказнями насчёт леса?
Однако Яков как будто не слышал этого вопроса. Беспокойство за любимую охватило с новой силой, подобно удаву, удушающему жертву, и еврей выбежал из хижины как ошпаренный. Авдотья спокойно подошла к раскрытой двери, прижавшись спиной к косяку. Наблюдая за тем, как еврей убегает в лесную темноту, она, скрестив руки на груди, с усмешкой тихо произнесла: “Значит не успели.”
Глава IX. Чудовище в лесу
Сыщик Часовицкий, доктор Вахлаков и его помощник Михей возвращались в Ставросино через лес, когда на небосводе уже светил полумесяц. Кирилл не пожелал остаться ночевать у Журовых, а кучер семьи отказался везти гостей под предлогом, который показался сыщику ужасно нелепым. Никита, освещая путь газовым фонариком в наруче, оглядывался по сторонам, пытаясь понять, почему Михей дрожит аки осиновый лист.
- Да полно тебе, Михей. - Вахлаков ободряюще похлопал помощника по спине, - У вас очень красивый лес! И какой воздух у вас тут свежий.
- Наверное, Никита Иннокентьевич. - юноша перекрестился, - Наверное, поэтому этот лес и привлекает бесов.
- Эх, Михей... Ну и что с тобой поделаешь? - затем доктор обратился к Часовицкому, - Кирилл Назарович, вы правда думаете, что беременная девушка способна на похищение юноши?
- Никита Иннокентьевич, я вам так скажу, порой мы недооцениваем силу материнского инстинкта. В любом случае, когда я завтра допрошу госпожу Ковалёву, то смогу сделать более точные выводы, чем сейчас.
- Феликс, конечно, противный человек. Господи, прости! - Михей снова перекрестился, - И неужели Настасья настолько проклята, что...
Юноша осёкся, застыв на месте. Никита и Кирилл вопрошающи на него взглянули, а затем сами поняли причину его испуга, когда услышали странные звуки.
- Этот скрежет я уже слышал. - Часовицкий сделал один шаг в ту сторону, от куда, казалось, доносился странный звук, заглушавший обитателей леса.
- Этот звук... - Никита задумчиво прижал пальцы к подбородку, - Это похоже на...
Однако доктор не успел договорить свою мысль, как к жуткому скрежету прибавился громкий детский плач. В этот момент Вахлакову и Часовицку стало не до размышлений. И они тут же поспешили на помощь. Михей испуганно метался несколько секунд, пока не пришёл к выводу, что в одиночестве оставаться намного страшнее. Юноша, нервно проскулив, побежал за мужчинами.