- Думаю, поиск единственный вариант. - затем Кирилл обратился к Якову, - Господин Абрамов, возвращайтесь в хижину и сообщите доктору о том, что мы узнали.
- А как же вы? - забеспокоился еврей.
- Не обессудьте, но я не думаю, что от вас в этих поисках будет польза. - резко сказал сыщик.
Яков хотел было вставить слово, но его снова одолел приступ кашля. Кирилл сочувствующе похлопал его по плечу, после чего снова посоветовал вернуться к доктору Вахлакову. Когда же еврей остался наедине с трупом ему стало не по себе. Якову с трудом верилось, что хрупкая госпожа Ковалёва действительно смогла убить Феликса. С отвращением отвернувшись от могилы, Абрамов уже собрался было вернуться в хижину, но... Сделав всего два шага, юноша вспомнил при каких обстоятельствах он обнаружил тело.
“Ада точно тут была! Нужно продолжить поиски!” - и еврей решил действовать на своё усмотрение.
В своих поисках юноша действовал интуитивно. В этот момент свой страх он засунул глубоко в себя. Яков даже не боялся того, что мог повстречаться с механической невидалью. Чудовище не попалось на его пути, но еврей увидел кое-кого другого, а точнее других.
Услышав чьи-то шаги, Яков также интуитивно поспешил в укрытие за одним из деревьев. Эти шаги принадлежали Прохору Климову и Мелентию Мальцеву.
- Как вы думаете, Мелентий Мелентьевич, чего всё Ставросино так испугалось?
- А чёрт их знает! - Мальцев плюнул на землю, - В любом случае, эта шумиха нам была очень кстати.
- Да. - рассмеялся Климов, - Ловко это вы с Настасьей придумали!
- Пришлось сообразить на ходу. - внезапно Мелентий схватил юношу за горло и прижал к дереву.
- Мелентий Мелентьевич... - прохрипел Прохор.
- Ты, сын пьяни подзаборной, - злобно процедил мужчина, - Если мне ещё раз придётся так вмешиваться, то ты станешь соседом Журова по могиле.
- Я тут причём? - когда хватка с горла ослабла, юноша отдышался и продолжил, - Это Акакий струсил!
- С ним я ещё разберусь, - затем Мелентий продолжил путь со своим соучастником, - А пока нам нужно найти место, где можно перезахоронить барчонка.
Когда голоса затихли, Яков, не теряя времени на переваривание информации, продолжил поиски. Пробежав пару метров, он услышал стоны. В этот раз юноша мог разобрать женские просьбы о помощи, которые доносились снизу. Опустившись на колени, Абрамов провёл рукой по траве. Сквозь неё юноша увидел металлический лист с дырочками, из-под которой и доносились мольбы о помощи.
- Кто-нибудь помогите! - и этот голос был знаком для еврея.
- Ада? - не мог поверить юноша и повысил тон, - Ада?
- Яков? - раздался удивлённый ответ, - Яков, это ты?
- Ада, где вы? - еврей начал лихорадочно рвать траву, надеясь найти дверь.
- Яков, меня и ещё несколько девушек заперли в каком-то подземелье. Умоляю, спаси нас!
- Не бойся, любимая, я...
Внезапно на шею юноши накинули верёвку. Яков от нехватки кислорода начал извиваться аки уж. В момент этого сопротивления Абрамов на долю секунды смог разглядеть Прохора, который его душил, и недовольного господина Мальцева, стоявшего рядом.
- Жид поганый. - процедил сквозь зубы Климов, - Надо было тебя ещё тогда добить!
Вскоре Яков ослабел, а его глаза покрылись пеленой мрака.
Глава XXVII. Живая торговля
Август 1912 год.
Сколько юный Прохор Климов себя помнил, он никогда не был доволен своей жизнью. Мать умерла, когда он был совсем маленьким, а отец пил не просыхая. В Ставросино к юноше относились с жалостью, что ещё больше его раздражало. Единственное светлое пятно в его жизни была дружба с Акакием Шутовым. Этот друг, выросший без отца и обделённый вниманием матери-сподвижницы, был в этой дружбе ведомым человеком, который легко подавался на уговоры зачинщика, а потом быстро жалел об этом. Когда юноши подросли, они помогали тем, кто заплатит. Поручения не были из ряда вон выходящие: ремонтные работы, перетащить тяжёлую мебель или же просто прибраться. Прохор мечтал о том, чтобы накопить достаточно денег и убежать подальше от ханжеского Ставросино и вечного пьяного отца. Акакий же просто откладывал деньги на чёрный день. Услугами этих молодцев часто пользовался Мелентий Мальцев. И вот однажды он предложил одно очень крупное дело...
В тот день Прохор и Акакий прибирались в доме у купца. Во время этого процесса все трое обсуждали последнюю новость.
- Мелентий Мелентьевич, вы думаете Юлий Евграфович сбежал? - спросил Прохор, протирая пыль с последней полки.
- Возможно. - Мальцев разливал из самовара чай по чашкам, - Вы ведь знаете, как к нему селяне относились... И это он ещё долго терпел унижения.