- Ты, пустоголовый болван! - Мелентий ткнул фотокарточку в лицо юноши.
- К-как? Как он это сумел? - затем Прохор начал оправдываться, - Простите великодушно. Не понимаю, как я его не заметил.
- Это уже неважно. Ты, Прошка, лучше скажи: собираешься ли ты ему платить из своей доли?
- Нет, конечно!
- Тогда ты знаешь, что нужно делать. - этот приказ купца ничуть не удивил юношу, - И Акакия захвати, чтобы сподручнее было.
Сам Шутов тоже находился на рынке. Прохор объяснил ему ситуацию, и они оба начали незаметную слежку за Феликсом. Перед тем, как отправиться в лес, юноши не могли не заметить, как вокруг беременной Настасьи столпилось множество людей. Акакий хотел было узнать в чём дело, но Прохор его отдёрнул, сказав, что времени на это нет.
Уже в лесу преследуя Феликса, Климов хотел сделать всё быстро, но любопытство Акакия оказалось сильнее, когда юноша заметил, что барчонок свернул с дороги, которая вела к дому. Так они обнаружили, что у Феликса есть своё убежище под землёй. Впрочем, провёл он там недолго.
- Осмотри этот подвальчик. - тихо приказал Прохор другу, - А я за барчонком.
Несмотря на близкую дружбу, Климов был уверен, что Шутов мог быть в таком непростом деле больше обузой, чем помощником, поэтому решил дальше действовать в одиночку.
Найдя подходящий момент, Прохор кинул булыжник в Феликса. Тот с криком упал на колени. Воспользовавшись моментом, Климов набросился на барчонка, повалил его на землю и закрыл лицо своим картузом, тем самым перекрыв доступ к кислороду. Когда же Феликс затих, Прохор облегчённо выдохнул. Он жалел только обо одном, что нельзя на всё село похвастаться этим делом.
- О, Господи! - испугано воскликнул Акакий, когда ему удалось найти друга.
- Не паникуй! Так надо было! - спокойно сказал юноша, - Лучше помоги мне!
Лопат рядом, конечно же, не было, поэтому на помощь пришли длинные ветки. С ними яму получилось вырыть не глубокую. Когда тело барчонка была спрятано, Акакий не смог сдержать слёзы, поэтому Прохор ударил его локтем в бок.
- Он это заслужил. - надменно произнёс Прохор, - Ты, Акакий, лучше скажи, что в этом подвальчике было?
Шутов был в таком глубоком шоке, что не мог говорить, поэтому он отвёл друга к этому месту. Как оказалось, этот тайный подвал представлял себя мастерскую фотографа-любителя. И в ней они обнаружили очень интересные фотокарточки.
- Ух ты! - усмехнулся Прохор, - А господин Ковалёв оказывается снохачём был... Акакий, как думаешь, может Настасья от него забрюхатила?
- Д... Д-давай вернёмся в село и отдадим эти фотокарточки Мелентию. - Шутов выглядел очень бледно.
Прохор не стал спорить. Прежде, чем вернуться, Климов и Шутов веткам разнесли мастерскую так, что она теперь напоминала яму с щепками, а все инструменты фотографа были сброшены в озеро.
***
Сентябрь 1912 год.
В тот вечер после очередной подработки вместе с Акакием, Прохором не застал своего отца дома. Постоялый двор был самым очевидным местом, который приходило на ум. Пока Климов шёл туда, он был вынужден слушать причитание друга о своей больной матери. Прежде, чем зайти вовнутрь, юноши заглянули в окно. Внутри постоялого двора они увидели приезжую, которая выглядела очень нервной.
- Хм, красивая. - тихо прокомментировал Климов.
- О, вот твой отец! Пойдём... - не успел договорить Акакий, как друг его отдёрнул.
Прохор обратил внимание на то, как его пьяный отец смотрел на эту девушку. Подобные ситуации уже были, и юноша знал, чем они обычно заканчивались.
- Уж до неё-то в селе точно не будет никакого дело. - в голове Климова созрела идея.
- Прошка, что ты...
- Иди в лес и жди! - отрезал юноша, - Ты знаешь, что делать.
Акакий хотел было возразить, но Прохор так на него зыркнул, что юноше стало не по себе, и он выполнил приказ.
Всё прошло, как и ожидал Климов. Отец начал приставать к девице, за неё вступился другой приезжий, завязалась драка и испуганная девушка убежала. Дальше уже действовал Акакий. Когда тот встретил Аду, она умоляла его показать путь до железнодорожной станции. Юноша немного поколебался, но всё же решился увести приезжую к подземелью. Когда же девушка осознала, что её ведут не к станции, она закричав хотела убежать, но Шутов её догнал, вырубил, а затем заточил в подземелье к другим пленницам.
***
Похищение Аделаиды совпало с тем моментом, когда состояние Элеоноры Шутовой ухудшилось. Поначалу Акакий пытался успокоить свою совесть, но после того, как юноша увидел пятна на коже матери, он начал приходит к выводу, что прогневил Бога своим участием в этом тёмном деле.