— Элизабет, — Фрэнсис повернулся к юной леди и застыл, глядя на её сияющие руки, пытавшиеся прикрыть наготу, — Дьявол... Что это?
••• ━───── 𝐋 . 𝐊 . ─────━ •••
Здравствуйте, дорогие читатели. Я вновь взялась за эту книгу. Без преувеличения скажу, что она, пожалуй, является одной из самых сложных моих работ, к тому же, не получившей большого признания. Поэтому прошу вас по возможности поддержать её комментариями, порекомендовать знакомым, тем, кому она может понравиться, и подписаться на мою группу вконтакте. Заранее спасибо♡
Всем приятного чтения♡
Глава 10. Дуновение бури
Приём в Дерскьельфе окончился неестественно быстро. Как правило, граф Эронширский устраивал роскошные балы, полные веселья и мирских страстей. После танцев, еды и выпивки гости, уже порядком уставшие, но не менее разгорячённые, садились за игры. Для дам и порядочных семьянинов это могли быть активные игры в саду или занимательные приключения из уст рассказчиков в гостиной; для более же серьёзных и азартных джентльменов таковым становились карты и кости. Но во всех приёмах лорда Ардстоуна присутствовала одна пикантная деталь: таинственные и очень обаятельные личности, появляющиеся из ниоткуда и уходящие в никуда. Обаятельные джентльмены, угадывающие самые потайные желания с виду скромных дам, прекрасные леди, способные вскружить голову любому мужчине, даже самому заядлому волоките. Очень часто они находили себе пару — а кто-то даже больше, — и уединялись во многочисленных гостевых покоях на всю ночь. Но в этот раз всё произошло по-другому. Разразился настоящий скандал, о котром после даже вскользь упомянули в парочке альвингенских газет.
Как потом говорили, озверевший граф Эронширский вытащил избитого лорда Мойрана на крыльцо и буквально окунул его головой в фонтан. Никто не пытался его остановить: некоторые особо впечатлительные дамы попадали в обморок, кто-то из мужчин попытался предотвратить уже неизбежный конфликт словами — однако лорд Ардстоун в гневе был слеп и глух. Только когда он принялся топить несчастного Сэндалла, какой-то неизвестный мужчины попытался остановить его. Они коротко переговорили, и мужчина исчез, а граф вихрем умчался в дом. Лорд Мойран потом с трудом выбрался — ему помогли графские служанки и тут же увели его. А потом все стали расходиться.
И никто не видел Элизабет Ардстоун.
Девушка сидела на кровати из светлого дерева в своих покоях и мелко дрожала, кутаясь в шёлковый халат. Её взгляд был расфокусирован и устремлён в пустоту, в голове ещё гремели крики Мойрана, когда её руки прожигали его кожу. Элизабет никак не могла избавиться от ощущения, будто это происходит с ней снова и снова, никак не может закончиться. Она совершенно не помнила, как оказалась здесь, как разделась, распустила причёску и облачилась в халат. Она не знала, сколько уже времени сидит так, не двигаясь. Не знала, что праздничный вечер уже давно закончен и в бальном зале погасили огни.
Руки лорда Мойрана казались холодными и цепкими, словно хищные когти ястреба, вонзающиеся ей в грудь. Мужчина снова кричал, а в нос бил отвратительный запах горелого. Глаза ослеплял белый свет, льющийся из ладоней.
Она сходит с ума... Сходит с ума ровно с того момента, как Генри Карстенсер разрушил жизнь Элизабет, превратил её в настоящий кошмар. Разум до сих пор бьётся в агонии, порождая странные и страшные видения, а её бренное тело покоится где-то дома, в Свонсшире.
Скрип двери и стук каблуков не вывел её из прострации. Она не обратила внимание на графа Эронширского, вошедшего в её покои.
— Элизабет, — строго, чётко и грозно проговорил он, — покажите мне ладони.
Удивительно, но она послушалась. Не отрываясь от созерцания чего-то в пустоте, вывернула руки ладонями вверх и вытянула их. Это были самые обычные руки юной леди, нежные и белые, с тонкими синими ве́нками, только слегка подрагивающие.