Фрэнсис удержал от падения бессознательное тело огненноволосой красавицы, осторожно взял её на руки и отнёс в спальню. С осторожностью разместив девушку на постели, он отступил и выдохнул. Она была прекрасна, даже в такой момент... Буйные волосы, выбившиеся из причёски, разметались по подушке. Сейчас они приняли цвет яркой крови, бледная от стресса кожа только оттеняла их. Пухлые губы распахнулись в немом возгласе, а веки были сомкнуты.
Поддаваясь неведомому порыву, лорд Ардстоун склонился над девушкой, невесомо коснулся губами её уст, боковым зрением улавливая слабый блеск. Но он пропал, как только мужчина отстранился. Должно быть, почудилось.
Лекарь, вызванный в покои графини, осмотрел девушку, распахнул окна в спальне и велел Фрэнсису освободить её от стесняющей одежды. Поэтому очнулась Элизабет в одной лишь нательной рубашке, а её домашнее платье лежало рядом. Внезапный порыв холодного воздуха заставил её вздрогнуть, пошевелиться с трудом, обхватить руками плечи.
Фрэнсис Ардстоун сидел на краю кровати, опустив голову и сцепив руки в замок. Почувствовав слабые движения сзади, он обернулся. И Элизабет могла поклясться, что взгляд мужчины был чёрный, будто засохшая кровь. Ей чуть снова не сделалось дурно. Но тут мягкая рука коснулась её щеки, провела по шее, плечу и предплечью, и это поглаживание успокоило девушку.
— Я не стал беспокоить миссис Пристонс. Дама уже в возрасте, неизвестно, как от подобных новостей она себя поведёт, если даже Вы потеряли сознание. И уж тем более я умолчу об этом факте.
Юная графиня согласно кивнула. Она и правда не хотела вмешивать тётушку в это грязное дело.
— Милорд, — начала говорить девушка пересохшими от слабости губами, — куда Вы уезжали сегодня утром?
Фрэнсис задержал на ней взгляд, потом резко поднялся.
— Не уходите от ответа, прошу Вас! — её возглас был полон отчаяния, будто крик утопающей.
— Леди Ардстоун, Вас эти дела не касаются, — холодно отрезал мужчина.
— Что со мною будет? — этот вопрос был задан тихо, настолько тихо, что кто-нибудь, только вошедший в комнату, мог его и не услышать.
Голос графа Эронширского смягчился:
— Я хочу Вас заверить. Ни я, ни кто-либо ещё из моих людей не обмолвятся и словом о произошедшем с кем-то посторонним. Знайте: я скорее дам себе перерезать горло, нежели отдам Вас на растерзание Церкви и Инквизиции. Поверьте, я смогу защитить Вас, Элизабет. Мы обязательно разберёмся с этим делом, и Вы будете жить дальше, счастливо, так, как никогда бы не жили с Карстенсером. Я обещаю это.
Элизабет закрыла глаза и наконец выдохнула. Слова лорда Ардстоуна отчасти успокоили тревогу в её душе, хотя она и не ушла, только затаилась в глубинах души. На своём лице девушка ощутила горячее дыхание, а в следующий момент — его губы на своих губах. Ей следовало бы смутиться поцелуя, но после всего, что произошло, именно этот жест оказался гарантом её безопасности.
Она приоткрыла глаза, видя, что Фрэнсис отстранился и собирается уходить, слабо протянула к нему руку:
— Лорд Ардстоун... Вы оставляете меня?
— Вам нужен отдых, Элизабет. Я прикажу принести обед Вам в постель. К тому же, наверняка миссис Пристонс скоро отыщет Вас, и тогда моё присутствие здесь, в Ваших покоях, станет нежелательным, а то и вовсе запретным. — мужчина подарил девушке лёгкую улыбку, затем кивнул и отступил к двери: — Я не прощаюсь.
10.4
Спустя время служанки принесли Элизабет крепкого чаю и несколько книг, любовных романов — откуда они у лорда Ардстоуна, оставалось для девушки загадкой.
Лорд Ардстоун сам и был сплошной загадкой. Во многообразии заговоров и интриг, поддерживаемых, а может, даже созданных им, юная леди уже не сомневалась. В её голове уже выстроился чёткий образ того, как граф встречается с роуэнийцами на тайных собраниях, как они обдумывают свои коварные планы, в конце концов, как устраняют врагов и нежелательных особ...
Сэндалл Мойран, похоже, и был такой особой.
Сомнения тенью закрались в голову девушки. Неужели её муж мог совершить подобное? Однако же, если он и был заодно с роуэнийцами, то в этом убийстве не было смысла. Ардстоун общался с ним, они, похоже, нередко играли вместе ещё в компании Карстенсера*. Мойран даже был пришлашён на приём по случаю свадьбы Фрэнсиса и Элизабет. И именно на этом приёме они подрались, подрались из-за неё...