Но стоит мне открыть глаза, как шпиона и его сверкающей головы нигде не видно.
Чёрт.
Моя сила простирается в поисках магических колебаний. Прямо за углом какое-то мерцание. Значит, он не успел уйти далеко.
Я проскальзываю в свои тени, они тянут меня в нужном направлении. Тихо крадусь с их помощью, совершенно невидимая для всех, кроме тех немногочисленных фейри, что обучены видеть магию.
За углом никого не обнаруживается, ни следа нашего шпиона. А он не так безнадёжен. Что ж, если он не пошёл дальше в обход здания…
Сердце начинает стучать громче.
До этого он ни разу не заходил в общежитие, только прятался неподалёку. Если сейчас он внутри… это всё меняет.
Сжав руки в кулаки, я крадусь по тихим коридорам. Время уже близится к полуночи, а значит, все школьники должны быть в своих комнатах. Занятия начнутся через три дня. За некоторыми дверьми слышатся шепотки и смех. Из одной комнаты доносится прерывистое дыхание — какая-то парочка решила уединиться.
Я бесшумно ступаю по гранитной плитке, над головой гудят тусклые флуоресцентные лампы. Я чувствую магию. Прислушиваюсь к окружающим звукам в поисках напряжённого сердечного ритма.
Ту-дум. Замираю.
Дверь Рейвен находится за следующим поворотом. Магические колебания и звуки дыхания наряду с сердцебиением явно ощущаются с той стороны. Это шпион?
Мрачный смешок встречает меня ещё до того, как преодолеваю последний поворот.
— Я наблюдал за тобой, — доносится его низкий голос.
Сдерживаю возглас. Что ж, вот и ответ на мой вопрос. Делаю глубокий вдох, высоко подняв голову, и сворачиваю в коридор. Скрестив руки на груди, непринуждённо прислоняюсь к стене в трёх-четырёх метрах от противника.
— Вот как? А я и не заметила.
Мистер Сверкающая Голова держит меч в одной руке и кинжал в другой. Он медленно приближается ко мне, не сводя глаз. Его губы изгибаются в ухмылке, но по всему остальному видно, что он напряжён. Он готовился к этой встрече, но всё ещё нервничает.
— Ты ведь собиралась уйти, да? Бросить свою маленькую подружку на произвол судьбы?
Сужаю глаза.
— Угрозу представляю я. Не она, — отчасти это ответ на его вопрос, отчасти предупреждение: лучше оставьте её в покое.
— Это да. Но не переживай, скоро ты перестанешь быть угрозой, — он слегка приседает, готовый сорваться с места и напасть, но прежде, чем хоть один из нас успевает что-то предпринять, к моей яремной вене прижимается лезвие кинжала.
Твою мать. Как я могла не заметить второго наёмника?
В первую секунду я замираю от неожиданности, в следующую — действую.
Рев
Дверь в банкетный зал распахивается, ударяясь об стену. Монотонные голоса знати Светящегося двора разом замолкают.
Те, кто жевали в этот момент, останавливаются с набитым ртом, глядя округлившимися глазами на незваную гостью. Весь двор застывает, даже я, когда светловолосая фейри в узких джинсах и тяжёлых чёрных ботинках — наш заклятый враг — уверенно направляется к правящей семье. Ко мне.
Конечно, тот Рев, каким я был ещё полгода назад, тут же ухватился бы за меч — и за возможность отделить её красивую голову от не менее красивого тела. Сегодня же… Я всё ещё не знаю, как к ней относиться. Разве что желания убить её нет в длинном списке смешанных чувств, что я испытываю.
Восторг. Волнение. Удивление. Страх. Гордость. Беспокойство.
Не удержавшись, бросаю взгляд на отца — о, это выражение лица я запомню навсегда. Его лицо раскраснелось, глаза потемнели, но широко распахнуты. Он потрясён — и взбешён — тем, что она посмела заявиться сюда. Я отмечаю каждую деталь, чтобы потом с удовольствием вспоминать этот момент, и только потом поворачиваюсь обратно к ней.
Пока она идёт, фейри отшатываются с её пути, кто-то тихо переговаривается. Мне вспоминается её родина, где шепотки слышатся среди шороха тёмных листьев теневых клёнов, и выражение лица Кейлин, когда она впервые за десять лет оказалась в Шепчущем лесу — впервые с тех пор, как убила моего брата.
Внутри меня всё съёживается, когда она подходит достаточно близко, чтобы мы могли разглядеть, что у неё в руке.
Голова.
Она держит за белые волосы раскачивающуюся голову фейри, алая кровь капает на мраморный пол банкетного зала. Лицо Кейлин безучастно, взгляд жёсткий, но глаза сияют золотистым светом. Её умение подавлять это свечение на протяжении многих лет — талант, которого я прежде ни у кого не встречал. Она использует душевную боль, чтобы спрятать свою силу, когда ей это выгодно.