Деньги у меня имелись. Перед отъездом лорд Эшкомб выдал мне полную сумку французских монет. Там лежали несколько золотых луидоров (каждый по стоимости примерно равнялся фунту), десятки серебряных экю (приблизительно по два с половиной шиллинга) и много серебряных су (что соответствовало полупенсу).
– Лорд Эшкомб велел тратить деньги только при необходимости, – заметил Том.
– Иметь слугу, который не бухтит, – это необходимость.
Его глаза сузились. Я спрятал усмешку.
– Твои остроты начинают малость надоедать, – сказал он.
В комнате заметно попахивало плесенью, и я открыл окно, чтобы немного проветрить – хотя, учитывая уличный смрад, не был уверен, что это спасёт ситуацию.
Двое слуг притащили наши сундуки. Следом явилась горничная – она принесла клетку с Бриджит и развела камин. Я вытащил голубку и погладил её по перьям. Она с любопытством огляделась вокруг и заворковала.
– Не могли бы вы принести воды для моей птицы? – спросил я горничную.
Слишком поздно я понял, что барон Эшкомб должен был бы не просить, а приказывать. Ну, хорошо хоть я не успел добавить «пожалуйста».
– Сию секунду, мсье.
Когда служанка вернулась, мы с Томом уставились на чашку.
– Это золото? – спросил я.
Девушка заколебалась. Кажется, она испугалась, что чем-то нас оскорбила.
– Птица предпочла бы серебро, мсье?
– Э… нет. Золото вполне подойдёт.
Похоже, теперешняя поилка моего голубя стоила дороже любой посуды, из которой доводилось пить мне.
– Куда мы попали?.. – сказал Том, когда слуги вышли.
Я не успел ответить. В тот миг, когда он закрыл дверь, я услышал топот бегущих ног. Я высунул голову в коридор, пытаясь понять, что происходит. И тут в отдалении раздался крик.
Глава 14
Мы бежали по дворцу на звуки криков. Наш путь вывел нас из обветшалой части Пале-Рояля обратно в роскошную, и, поняв это, я припустил ещё быстрее.
Миэтта!
В конце коридора гости и слуги столпились около двери, боясь войти внутрь. С бьющимся сердцем я растолкал их. Судя по тому, что говорили аристократы, это была комната герцогини.
Однако, кричала не она. В центре комнаты стояла кровать с балдахином на четырёх резных столбиках из орехового дерева. Кровать была так широка, что на ней могли улечься шесть человек. Шёлковые простыни цвета сапфира были смяты и свисали с кровати. Рядом с ней на полу лежала горничная – держась за ногу и отчаянно вопя. Ещё двое служанок сжались в дальнем углу, громко взвизгивая. Только одна девушка, казалось, не потеряла голову. Салли. Она держала перед собой простыню, словно гладиатор – сеть.
– Берегись! – крикнула Салли, заметив меня.
И тут же краем глаза я заметил движение в мою сторону. Змея. Чуть более двух футов в длину, она была коричневой, с широкими поперечными полосами чёрного цвета.
«Асписовая гадюка»! – подумал я, не веря своим глазам. И – скорее инстинктивно – отскочил назад. Она кинулась на меня. Я натолкнулся на Тома, и мы вместе рухнули на пол. А потом я почувствовал, как что-то коснулось ноги под коленом. В панике я начал отползать, и тут синее полотнище, казалось, заполнило всю комнату. Салли швырнула простыню. Она взвилась, накрыв змею и заодно мои сапоги. Я отдёрнул ноги и отскочил подальше. Шёлк извивался и шипел – пойманная змея рвалась на свободу.
– Она тебя укусила? – задыхаясь спросил Том.
Но я был слишком напуган, чтобы проверять.
– Все вон! – заорал я девушкам, но они просто продолжали визжать.
Том ринулся вперёд, чтобы поднять лежащую горничную в окровавленном чулке. Салли сдёрнула с кровати вторую простыню и попыталась накинуть поверх первой, но полотнище скрутилось в воздухе и бесформенной грудой упало на ковёр.
– Давайте же! – крикнул я, но девушки не двигались с места.
Пришлось подойти и тащить их силком. Сперва они отбивались, но, отклеившись наконец от стены, малость опомнились. Они промчались мимо, толкая меня. Я потерял равновесие и полетел на пол.
– Кристофер! – крикнула Салли.
Змея высвободилась. Приподняв над полом переднюю часть, она свернулась, готовая к атаке. Я попытался вскочить, но пятка поехала по скользкому шёлку, и я снова рухнул, грянувшись коленом о паркет. Кривясь от боли, я отползал, надеясь, что змея не кинется. Внезапно в поле зрения возник Том со шпагой в руке. Он встал между нами, и змея зашипела, поворачиваясь к нему.
– Нет! Не надо! – крикнул я.
Змея бросилась, целя в пах. Я видел её торчащие в пасти клыки и поблёскивающие на солнце капельки яда. Единым плавным движением Том повернул шпагу и размашисто ударил сверху вниз. Он перехватил змею как раз вовремя. Отрубленная голова заскользила по полу, подпрыгивая на паркете. Её челюсти ещё двигались, словно тварь до сих пор пыталась укусить меня. Обезглавленное тело извивалось, разбрасывая вокруг себя капли крови.