Я мысленно застонал. Какая жалость, что здесь нет Симона! Мне надо было перед расставанием расспросить его, как общаться с такими людьми. А вскоре Симон уедет из города, и я останусь совсем один.
И тут кто-то решился заговорить со мной. Человек в жилете с золотыми пуговицами подошёл и представился как маркиз де Ножан-сюр-Сен.
– Я слышал, нынче утром граф де Кольмар устроил сцену, – сказал он.
Мне тут же вспомнились слова Симона. Самая ходовая монета в этом королевстве – сплетни. Возможно, надо двигаться этим путём.
– Да, месье, – сказал я. – Мой др… мой слуга разрубил змею напополам.
Мужчина рассмеялся.
– О, так это были вы! Что ж, рад за вас.
– Амио обещал мне неприятности.
Маркиз махнул рукой.
– Фу ты ну ты. Он мантия, а не шпага. – Маркиз посмотрел на меня с возрастающим интересом. – А вы?
– Простите?..
– Ваша семья.
Сердце учащённо забилось. Я понятия не имел, что он имеет в виду. Однако, судя по всему, мне следовало это знать. Я лихорадочно раздумывал, что сказать. Ну… поскольку я Эшкомб, видимо, мне нужно быть «шпагой».
– Мой дед – соратник короля Англии. Не один десяток лет он был верным генералом Карла.
Очевидно, это был правильный ответ. Маркиз удовлетворённо кивнул.
– Тогда вы понимаете суть проблемы, – сказал он. Я сделал над собой усилие, чтобы не таращиться на него.
К нам присоединился ещё один джентльмен – с тонкими усиками и дружелюбным взглядом.
– Жан-Батист Кольбер, – представился он.
Теперь я занервничал ещё больше. Это имя я знал – лорд Эшкомб упоминал его. Жан-Батист Кольбер был самым доверенным министром Людовика. «Если вам что-то понадобится – ступайте к нему».
– Я невольно услышал ваш разговор, – сказал Кольбер. – Вы из Англии? Ваше имение неподалёку от Лондона?
– Неподалёку, – осторожно сказал я. – Но в городе я давно не был.
– Разумеется, учитывая болезнь. Нет ли у вас новостей об эпидемии?
Я внезапно ощутил громадное облегчение. Эта тема была мне близка и понятна. Осторожно и отстранённо (ведь Кристофер Эшкомб никак не мог ошиваться рядом с чумными больными) я принялся рассказывать им, что творится в Англии. О комете и зловещих предзнаменованиях. О возникновении и распространении чумы. Об ужасном опустошении, которое она принесла в Лондон.
Вокруг начали собираться люди. Я планировал сообщить им только самые свежие новости, но едва лишь первые слова сорвались с моих губ, я ощутил непреодолимое желание говорить и говорить. Рассказать им всё.
Мне хотелось, чтобы они поняли. Хотелось, чтобы они прочувствовали нашу скорбь и нашу боль. Узнали о детях, лежащих мёртвыми на руках матерей. О друзьях и родных, которых мы потеряли. Мне хотелось, чтобы они знали, кто мы. Каковы наши люди. Я говорил об отваге, которую мне доводилось видеть. О щедрости. О жертвах, которые мы приносили, несмотря на царящий вокруг ужас.
Я говорил и говорил, а они слушали в молчании. И никто не проронил ни слова даже когда я закончил. И, наконец, один человек нарушил тишину…
Глава 23
– Какой ужас!
Я оглянулся… и увидел короля.
Людовик собственной персоной присоединился к гостям. Он поднялся с постели и теперь был облачён в красивый костюм, богатством превосходивший даже наряд его брата. Впрочем, несмотря на оборки и ленточки, король в этой одежде выглядел величественно и мужественно.
Он посмотрел на меня с непонятным выражением лица.
– Добро пожаловать, барон, – проговорил Людовик. – Вся Франция молится о вас и вашем народе.
Я чувствовал, что все взгляды обращены на меня. Надо было ответить, но что сказать? Уж наверняка Людовик первым из всех разгадает моё притворство.
Кстати вспомнился совет лорда Эшкомба относительно королей: будь краток. Однако я припомнил и ещё кое-что, сказанное мне Эшкомбом перед отъездом из Англии. Придворные Людовика бесстыдно ему льстят. И в голове я услышал другой голос – голос моего учителя.
Король-солнце. Они называют его «король-солнце».