– А известно ли, куда они ушли? – спросил я.
Отец Бернар кивнул.
– Если мы представим себе пути рыцарей, ушедших из Парижа, как расходящийся круг, то, зная направление схваченных, сможем определить пробелы в этом круге. Из пяти сбежавших один отправился на юг, в Испанию. Два пошли на восток – один в сторону швейцарских кантонов, другого видели в городе Сен-Этьен, на юго-востоке. Ещё один двинулся на север, как говорили – в Нормандию, хотя неизвестно, остановился ли он там или направился дальше, в Англию. Что до пятого рыцаря, легенды гласят, что он поплыл на корабле на запад и преодолел весь путь до Нового Света.
Том нахмурился:
– Разве тогда уже был Новый Свет?
– Ну, он существовал. Мы просто ещё не обнаружили его.
– Мог ли корабль того времени уплыть так далеко? – спросила Салли.
Священник пожал плечами.
– Случались и более странные вещи. – Отец Бернар сделал рукой широкий жест: – Всё это принадлежало тамплиерам, хотя большую часть их построек снесли. Осталась только церковь Святой Марии, кладовая вон там, госпиталь и две башни. – Он указал на более низкую приземистую башню на севере. – Вон та называется Башня Цезаря, прежде она была темницей тамплиеров. Затем, в середине 1200-х годов, они построили новую. Её именуют Большой Башней. – Он кивнул на квадратный донжон и звякнул ключами. – Идёмте, я вам покажу.
– Мы пойдём в темницу? – спросил Том.
Отец Бернар улыбнулся:
– Это давно уже не темница. Людовик предпочитает размещать своих «гостей» в Бастилии.
– Тогда что внутри? – спросил я.
– Ничего интересного. Иногда мы используем её как хранилище, но в основном она пустует.
Вблизи Большая Башня выглядела ещё более мрачной и пугающей. Она вздымалась над нами больше чем на полторы сотни фунтов. Окна на всех четырёх этажах были забраны тяжёлыми решётками с массивными прутьями, вправленными в камень. Центральная башня была квадратной, с зубчатой стеной и смотровой площадкой. Пристроенные по углам круглые башенки были увенчаны конусообразными крышами. На шпилях трепетали знамёна синего цвета, украшенные лилиями – символом королевской власти Франции.
Отец Бернар открыл дверь и ввёл нас в башню. Внутри было темно и пахло затхлостью. Через окна проникало совсем мало света; его лучи тонкими лезвиями прорезали мрак.
Священник зажёг факел, и оранжевое пламя осветило пустое пространство. Мы стояли в большом зале башни, вздымавшейся на неимоверную высоту. Над нами расходились каменные рёбра, поддерживающие верхние этажи. Миг я смотрел в темноту над головой, а потом мой взгляд привлекла резьба на стенах. Между окнами, на каменных плитах, были высечены картины, изображающие историю тамплиеров. Над каждой из них помещалось изречение на латыни.
Резьба прямо передо мной представляла девятерых рыцарей, стоящих на коленях перед королём. Рука монарха была поднята в жесте благословения. Над рыцарями висело солнце, озаряющее их своим светом. В середине солнечного диска был выгравирован тамплиерский крест. На его поверхности ещё виднелись слабые следы позолоты.
Я прочитал изречение над картиной:
COMMILITONES CHRISTI TEMPLIQUE
DEO ET HOMINIBUS BENEDICTI
– Орден тамплиеров, – сказал отец Бернар. – Благословлён Богом и людьми.
На следующей плите были изображены два рыцаря перед куполообразным храмом.
– Купол Скалы, – пояснил священник. – Первая штаб-квартира тамплиеров, расположенная над руинами храма Соломона.
Здесь было ещё множество подобных картин. Отец Бернар махнул рукой в их сторону и сказал:
– Повсюду история тамплиеров. В основном. Но если вы хотите увидеть нечто особенное, не предназначенное для глаз охотников за сокровищами, я покажу вам.
Глава 29
Отец Бернар повёл нас к винтовой лестнице, расположенной в одной из башенок. Но вместо того чтобы подняться наверх, мы спустились под землю. В свете факела я увидел, что здесь на стенах тоже есть резьба. А ещё в подземелье лежали коробки, ящики и несколько свёрнутых гобеленов. При других обстоятельствах я бы подумал, что это просто кладовка, – но нас окружали тюремные камеры с прочными железными решётками.
– Темница де Моле, – сказал отец Бернар.
Я огляделся. Мне стало страшно.