Я расстроенно взмахнул руками.
– И я видел это слово совсем недавно. Только не могу вспомнить где.
– В соборе?
– Нет, до того.
– В Большой Башне?
Я задумался. Может, оно было вырезано на одной из картин с историей тамплиеров?..
– Нет.
Так где же это было?
Том посмотрел на восток, на белые особняки острова Нотр-Дам.
– Давайте спросим Марина. Он знает Париж лучше нас. И если сегодня хорошо себя чувствует, возможно, сообразит, где ты это видел.
Том подал отличную идею. Тем более я обещал Симону навещать его дядю. Мы двинулись в сторону особняка Шателенов. Салли и Том болтали, пока мы шли, любуясь достопримечательностями. Я чуть обогнал друзей, продолжая размышлять и рыться в памяти. Том и Салли не мешали мне, и лишь когда мы приблизились к дому Марина, я понял, что они сильно отстали.
Я обернулся. Они стояли в тридцати футах позади. Том смотрел вдоль улицы на юг, заметно хмурясь. Салли выглядела озадаченной. Я подошёл к ним.
– В чём дело?
Салли, пожав плечами, кивнула на Тома. Вид у моего друга был растерянный.
– Тот человек, – сказал Том.
Я проследил за его взглядом. На острове Нотр-Дам было гораздо меньше народа. Лишь несколько человек прогуливались среди экипажей, громыхавших по мостовой. Том указал на мужчину, закрывавшего лицо краем плаща. Он стоял, прислонившись к стене чьего-то сада.
– И что с ним не так?
– Он только что перепрыгнул через стену, – сказал Том.
– Из сада?
В Париже многие дворяне прикрывали лица.
– Ну, наверное, это его сад, – сказал я. – Или ты думаешь, что он вор?.. Погоди-ка!
Я попытался представить себе планировку улиц. Дом Марина был… поблизости? Через два особняка к востоку, если я правильно помнил.
Мужчина покосился в нашу сторону. Увидев, что мы смотрим на него, он оттолкнулся от стены и ушёл.
– Кристофер, – сказал Том.
– Что?
Том сделал шаг ко мне. Он был встревожен.
– Кристофер.
– Да что случилось?
– Это… я думаю, это он.
– Кто?
– Тот мужчина.
Он был высоким, крепкого телосложения, с тяжёлой походкой быка.
– То, как он движется. Я… я думаю, это человек, которого я видел в Англии. Думаю, это может быть убийца.
Я уставился на Тома. Сам я убийцу не видел – он напал сзади. Но я вспомнил, как Том описал его лорду Эшкомбу. «Высокий и плотный. Крепкий как бык. Я никогда не встречал такого сильного человека».
Мы пошли следом. Мужчина оглянулся через плечо. Наши взгляды встретились, и я понял, что он узнал меня. Узнал! Это был он! Тот убийца!
Внезапно он метнулся вправо, неуклюже перемахнув через стену сада.
– Эй! – рявкнул я.
Думать было некогда. Я просто кинулся бежать.
– Кристофер! – крикнул Том.
– Обходи! – заорал я в ответ. – Отрезай его!
Я не стал ждать, когда он послушается, а бросился прямо к стене и взлетел на неё. Я оказался в узком садике – на полянке с зелёной травой и клумбой. Садовник, стоя на коленях, удивлённо наблюдал, как человек в плаще перепрыгивает через стену с другой стороны.
Промчавшись мимо испуганного садовника, я преодолел стену и кувыркнулся на улицу. Убийца, по-прежнему прикрывая плащом лицо, оглянулся. Он увидел, что я свалился на землю по эту сторону стены, и до меня донеслось ругательство.
– Остановите его! – Я указал на мужчину. – Кто-нибудь!
Прохожие с интересом смотрели на нас, но никто не двигался с места. Я не сразу сообразил, что кричу по-английски.
– Arrêtez-le!
Но они всё равно не спешили прийти мне на помощь. Боялись испачкать свои костюмы, я полагаю. Между тем, несясь следом за убийцей, я увидел, что нагоняю его. Мужчина был крупным, но не слишком быстрым, и ему приходилось придерживать плащ у лица – что замедляло его ещё больше.
Я почувствовал прилив восторга, поняв, что он не сможет сбежать от меня, не избавившись от плаща. «Сделай же это! – мысленно подзуживал я его. – Сделай это, и пусть кто-нибудь увидит твоё лицо!»
Казалось, мужчина наконец осознал своё затруднительное положение. Он делал безумные петли, кидаясь то туда, то сюда, а я мало-помалу сокращал расстояние между нами.
Повернув в очередной раз, он бросился к набережной, и я увидел, что в его глазах мелькнула тревога. Мужчина сунул руку под плащ. На миг я решил, что он намерен остановиться и дать мне бой – и оказался отчасти прав: убийца метнул в меня кинжал. Сталь блеснула в солнечном свете, когда он выхватил оружие из-под плаща. Я инстинктивно отклонился назад, заскользив на камнях, и, вероятно, это спасло мне жизнь. Кинжал просвистел у самого лица; щёку ожгло болью, когда лезвие царапнуло мне кожу. Он упал на мостовую за моей спиной. Не успев затормозить, я зацепился ногой за каменную плиту и с размаху сел на землю. Несколько секунд я не шевелился – ушибленный и ошеломлённый, осознавая как близок я был к смерти.