— Как ты думаешь, что происходит, когда мы умираем, — медленно ложусь ей на колени, закрывая глаза.
— Знаю только одно, что те, кто нас любит, будут безумно скучать, — слёзы капают мне на лицо, а я задыхаюсь в истерике, утыкаясь маме в живот, крепко обнимая.
— Я так боюсь, — шепчу, плача.
— Я знаю и я тоже. И они питаются нашим страхом, как утренним кофе.
— Но нам не справиться с ним…
— Просто не позволяй утащить себя в ад, — целует, плача.
— Как?
— Сила нашего духа, вот чего они боятся. Эти твари завидуют нам, что мы рожденные в этом мире и ничем не уступаем по силе. Просто нас стало настолько мало, что противостоять больше некому.
— Но я разве не последствия кармы, того, что натворил Майкл?
— Никто не знает, что вообще хотел Майкл. И какой был изначально, и после договор. Тот, кто может ответить на эти вопросы так это Майкл и…
— Альтазар.
— Только обещай, что больше не выйдешь на контакт с ним, — прикасается нежно губами и задерживается боязно.
— Уже один раз пообещала, что будет сидеть тихо, а устроила бойню, — папа стоит в дверях, скрестив руки на груди.
— Прости, пап, — шмыгнула, прячась за маминой ладонью, словно боюсь.
— Показала свою мощь демону? — потирает лицо ладонями и садится в кресло напротив нас.
— Джон, — мама одернула отца.
— А что Джон? Я её сдерживал не потому, что ты силы расходуются, а потому что на такую силу демоны летят, как мотыльки на огонек.
— И что с этого? — мама продолжает гладить меня по голове, но уже без слез и истерик.
— А с того, что он в ней теперь будет видеть угрозу.
— Зачем он тогда её отпустил? — мама возмутилась.
— Поверь не от большой любви, — задумчиво потер подбородок. — Он не прощает даже малейшего посягательства на него или его собственность. Было очень опрометчиво нанести удар. Прежде чем такое устраивать, нужно задумываться о том, что у всего есть последствия.
— Осталось-то два месяца, какие еще последствия? — пробубнила себе под нос.
— У тебя две сестры, которые остаются жить дальше. О них ты не подумала? — папа неприятно заглядывает в мои глаза. — Не говоря про нас с мамой.
— Он не тронет…
— Да? Ты так уверена в его порядочности? Говоришь так, словно живешь с ним свою жизнь. Чтобы там между вами не было, речь идет о демоне. О демоне, который владеет правом над тобой. Дай угадаю солнце: «Ой, мне терять нечего, я же умру скоро…» Не так ли? — душит обида, что он прав. — О нас потерять не страшно? Ты умрешь, а дальше не важно, как у вас всех сложится жизнь. Меня ведь нет… никогда не думал, что в тебе есть такой эгоизм, — отец сжал глаза пальцами и замолчал.
— Джон, это не эгоизм, — мама шепчет, прижимая меня сильнее, чувствуя, как я плачу. — Это глупость её юных лет. Будь она взрослее, она бы осторожнее была.
— Что-то я сомневаюсь, ещё никто не устоял перед чарами демонов. Он все подгадал и всё просчитал. Эта девочка больше не наша…
— Джон, — мама одернула отца.
— Да, Магда. Она даже сама себе не принадлежит. Адель, я разве не прав? — папа наклонился и со слезами смотрит на меня. — Ему даже усилий прилагать не придется, она добровольно подставит голову под топор.
— Я вообще-то не рабыня его! — выкрикиваю со слезами. — Если я ним спала, это ещё ничего не значит.
— Господи, — болью выдохнул отец.
— Это ты хотел услышать…
— Как же подло, — встал с кресла. — Бьет из-под тишка по самому больному, о каких соблюдений правил вообще может идти речь? Никогда не думал, что худшим наказанием будет иметь дочь, — говорит так, словно меня рядом нет. — Вот тебе и Грегори Хаус, — выходит из комнаты, захлопывая дверь с грохотом.
— Не слушай его, это отцовская ревность и обида, — мама продолжает гладить.
— Он прав, лучше бы я вообще не рождалась…
— Говорит так, — мама продолжает успокаивать, а что толку-то? В глазах отца я порочная девка, которая связалась с демоном. Не просто с каким-то, а с заклятым врагом, который всячески искал повод как можно сильнее навредить. И так получается, без всяких усилий у него это получилось. Хотела бы я свалить все на него и сказать, что тот меня зачаровал, но я-то помню, как сама искала встречи с ним. Но сейчас, я просто подвела всю семью. И если отец прав и Альтазар отпустил меня, бросая пыль в глаза. Забрав меня, после спустит всех тех демонов на моих? Говорят же если в чем-то не уверен, так не берись за дело.
*** — Ну, вот Майкл, последний твой ангелочек почти готов, чтобы спуститься в ад. Твое время истекает, — смотрю в злые глаза Сильвера. — Она последняя…
— Она? Девочка? А другие?
— У Джона Сильвера три дочери. И как понимаешь, род передается исключительно по мужской линии, — не могу сдержать улыбки. — Прерывается род, прерывается твое бессмертие. Неожиданно, да? Вот и прервался твой род, — не могу не упустить момент, чтобы не поглумиться над Майклом, возомнившим себя горцем.