Когда Темный Лорд исчез, у Беллы случилась истерика и Рудольфус с братом взяли ее с собой, мстить — пошли к Лонгботтомам. Причин было несколько. Главная — те были аврорами, и если не они сами, то кто-то из их коллег участвовал в том нападении на дом Фаулзов. Для Рудольфуса, по крайней мере, это было важнее всего. Для Рабастана и Барти это была просто истерическая попытка найти Волдеморта. С самого начала обреченная на провал. Их быстро нашли, да и Белла у Лонгботтомов в доме словно растеряла всю свою ярость. Будто осознала, что Темного Лорда не вернуть. Она больше интересовалась сыном Лонгботтомов, чем происходящим вокруг.
Рудольфус винил себя еще и за то, что взял Беллу с собой. Сидела бы дома и никто бы так и не узнал, что она была Пожирательницей. Считалось, что Волдеморт презирает женщин и метку ставили считанным единицам. Взяв Беллу с собой, он обрек ее на Азкабан.
Рудольфус не мог сказать — как за все эти годы в Азкабане он умудрился не проговориться, не сказать Белле, что их дочь жива. Он хотел. Каждый день, когда дементоры приходили в его камеру, он снова и снова видел эту картинку: малышка в розовом одеяльце, он целует ее в лоб, на мгновение ощущая ее запах и нежную кожу, а потом передает ее отцу. Ему казалось, что ощущение легкого тельца в его руках навсегда осталось в памяти. Как и осознание того, что он сам — он и только он — разрушил будущее своей семьи. Это из-за его решения их дочь воспитывалась не ими. Это из-за его решения он начал активно участвовать в сражениях Пожирателей. Белла сошла с ума. Они попали в Азкабан. Во всем виноват лишь он.
Он хотел бы увидеть ее, свою дочь. Обнять, снова поцеловать, поднять на руки… он хотел бы читать ей сказки на ночь, покупать дорогие игрушки, позволять есть сладости. Он бы любил ее… он и так ее любит, хотя видел ее всего несколько минут и совершенно не знает — какая она. Какой она выросла. Похожа ли она на него хоть чем-нибудь.
После того, как их вызволили из Азкабана, он жил словно по инерции. Злость на отца не могла пересилить привычку быть хорошим сыном, и Рудольфус не мог позволить себе даже умереть. Он глава рода Лестрейндж. Он должен спасти свое наследие. Немного оживал он лишь когда кто-нибудь рассказывал о том, что происходит в Хогвартсе.
И когда Рабастан умер, когда его самого снова ждал Азкабан… Рудольфус понял, что может кое-что сделать для дочери. Искупить свою вину хотя бы перед ней. Заслужить если не прощение, то хотя бы толику благодарности. Рудольфус Лестрейндж шел умирать осознанно, в качестве искупления главной ошибки своей жизни. Он сам, своими руками, отдал своего ребенка. Он недостоин счастья. Но он может подарить своей дочери шанс обрести это самое счастье.
--------------------
Примечания:
Это не последняя глава, но серия закончена, в ближайшие дни все будет опубликовано. Поэтому, если кто забыл, что там было в начале (я вот уже толком и не помню), могут идти перечитывать.
Глава 21. Нужно время
Фрэнк посмеивался над Сириусом: говорил, что он официально — самый скользкий тип из всех знакомых ему магов. Шутка ли — убить человека в ходе темного ритуала и не только избежать тюрьмы, но еще и остаться Министром Магии. Сириус и сам иногда не верил в свою везучесть, но наверняка нечто похожее было у Дамблдора после победы над Гриндевальдом. До того памятного события нынешнего директора Хогвартса считали крайне подозрительным типом — водил знакомства с темными, слишком много путешествовал, слишком много работал с иностранцами — а после он разом превратился в Светлого мага. Еще через десять лет — в Великого Светлого. Набирать себе еще больше титулов Сириус не хотел, ему бы с существующими обязанностями справиться.
Дел было даже больше, чем во время напряженных споров за право бороться с Волдемортом-который-никак-не-мог-вернуться. Решение присоединиться к Кодексу Темной Ложи было по-своему изящным, оно сгладило многие спорные моменты в «правлении» Сириуса. Но это, на минуточку, привилегия: Ложа оказывается поддержку школам, берет частных учеников и нередко спонсирует ритуалы. Приходилось подтягивать некоторые области под заданные критерии. Искать кадры, временно упростив процедуру получения гражданства, подбирать помещения и спонсоров, вводить новые отделы в Министерство и переписывать часть существующих законов, чтобы не было конфликтов. То есть решив одну, крупную проблему, Сириус создал себе целый ворох мелких.