- Мне пора возвращаться, - с сожалением произнесла Орсея, выпуская руки сына из своих. – Я была очень рада повидать тебя, мой малыш.
- И я скучаю, мама, - целуя руки дриады, улыбнулся Лео, разжимая ладони.
Красноволосая женщина ласково улыбнулась своему ребенку и шагнула к дереву. Она словно проникла в него, как призрак, растворившись в своей сущности. А спустя буквально пару минут волшебство весны закончилось: листья свернулись, цветы скрылись под землей и все еще не прекращающимся снегом, который быстро укрыл высохшую вмиг траву. И лес снова был спящим и дожидающимся пробуждения в свое положенное время.
20
Появление короля Этея было почти таким же впечатляющим, как и визит императора Алимана в Академию. Схожесть этих двоих в нраве, характере и силе и была причиной их крепкой дружбы уже не одно столетие.
Ворота Академии распахнулись посреди белого дня, когда занятия были в разгаре. Студенты, перемещающиеся по двору замка к своим классам и просто прогуливающиеся, с перешептыванием встретили появление джина. Король пришел один, без свиты, едва ли взглянул на кого-то, целенаправленно двигаясь к замку. Нельзя было его не узнать – джины были редкостью. А джины такой силы и подавно, поэтому все знали, кто так гордо и уверенно идет навстречу Ринару, вышедшему встретить гостя. Мощное тело завернуто в меха, что окутывали плечи, оставляя торс почти обнаженным, давая взгляду зацепиться за метки силы. Они были и на лице, давая всем и каждому понять, насколько велико могущество этого джина. Волосы распущены и забраны на затылке, открывая волевое мужественное лицо. На шее и в волосах ритуальны амулеты, запястья охвачены браслетами – теми самыми драконьими артефактами, из которых король черпает силу для защиты своих Темных Земель и всего Шаори.
- Где мой сын? – без всяких предисловий начал король Этей, едва Ринар спустился ему навстречу.
Дракон только понимающе едва заметно усмехнулся, бросив взгляд за спину гостя.
- Я здесь, отец, - спокойно произнес Лео позади него.
Впервые юноша наблюдал такой живой интерес на лице родителя, с которым сейчас мужчина смотрел на своего сына. И если когда-то давно, в детстве он ждал в нетерпении этого восхищения, этого довольства в глазах отца, то теперь оно лишь вызывало досаду – король чего-то пожелал, а он умел добиваться своего, и для полукровки это едва ли сулило хоть что-то хорошее.
- Сын, - поприветствовал свое чадо король Этей через минуту, удовлетворившись осмотром.
Голос его был холоден, как всегда, спокоен и отстранен, будто и не к своему ребенку он обращался, не к родной душе, крови и плоти. Но таков был король ко всем – к жене, ребенку, подданным, друзьям и врагам. Хотя последних было не так уж много: мало кто желал быть помехой для короля Темных Земель, ведь именно он как никто другой был защитником их мира. И с ним предпочитали дружить, соглашаться и не перечить. Лишь единицы были готовы спорить с ним до хрипоты, если считали нужным, остальные же предпочитали держать свое мнение при себе, даже в крайнем недовольстве. Среди этих единиц был и Лео. И взгляд, который поймал нежданный гость, лишь доказывал, что ничего не изменилось.
- Хочу поговорить, - почти как приказ прозвучала просьба короля, и мужчина резко направился к зимнему саду, из которого только что вышел полукровка.
Со вздохом, поймав чуть насмешливый и понимающий взгляд дракона, юноша последовал за отцом. Студенты вокруг уже разошлись – начался следующий урок, и никто не мог помешать отцу и сыну пообщаться.
- Мать приходила? – с усмешкой спросил Этей, когда они вошли в лес.
- Ты же знаешь, - спокойно признался Лео, пожав плечами.
- Она тебя никогда не выпустит из-под своей юбки, - проворчал тихо мужчина, поджав губы.
- А тебя – из-под своего каблука, - не удержался от насмешки молодой джин, заставив отца гневно посмотреть на себя.
Но лишь бровь вызывающе выгнул, изогнув губы в усмешке. А король лишь покорно вздохнул – никогда не скрывал, что Орсея для него все, и что ради нее пойдет на невозможное, и выполнит любой ее каприз и прихоть. Они будут спорить до хрипоты и ругаться, но он все равно поступит так, как захочет любимая женщина. Лишь в очень редких случаях он не желал идти у нее на поводу. Например, в отношениях со своим сыном, которого считал необходимым воспитать только по-своему и ждать от него определенных вещей. Вот здесь он был непреклонен, и никакие женские хитрости и чары на него не действовали.