Анрия резко обернулась к Сайране. Подруга лежала на земле, дыхание едва слышно, кровь заливала грудь и землю под ней. Анрия поняла: считаные минуты остались, никакая магия уже не спасёт её.
Древняя клятва
Анрия опустилась на колени рядом с Сайраной. Кровь была тёплой, слишком тёплой — она пропитывала землю, пальцы, ткань, и этого было слишком много. Анрия знала этот цвет. Знала этот запах. Знала этот момент.
Она столько раз уже стояла вот так. Слишком много раз.
Почему снова? Почему опять она?
Сайрана — Люмира — сестра, соратница, часть её самой. Не по крови, а глубже. Та, с кем делили дыхание в бою, страх, смех, тишину. Та, которую она уже теряла.
Грудь Анрии сжало так, что стало трудно дышать. Всё, что она строила в академии — холод, сдержанность, отстранённость — рассыпалось, как хрупкое стекло. Она больше не могла держать лицо.
— Я… — голос сорвался, слова не вышли.
Внутри поднималась боль — жгучая, рвущая, невыносимая. Не ярость. Не страх. Усталость. Та самая, древняя, что приходит, когда теряешь слишком многих.
Я не хотела снова переживать это. Я не хотела снова чувствовать эту боль.
Мысль пришла тихо, почти буднично — и от этого стало страшнее:
А если не стоит продолжать? Если каждый раз всё заканчивается вот так… зачем вообще идти дальше?
Руки дрожали. Анрия сжала ткань на груди Сайраны, будто могла удержать жизнь силой воли. Внутри всё кричало — бессильно, беззвучно.
— Я больше не хочу… — слова застряли. Она не смогла закончить.
Анрия всхлипнула — коротко, резко, как будто тело само вырвало этот звук, прежде чем она успела его остановить.
— Нет… — выдохнула она, и голос сорвался. — Ты не уйдёшь. Не сегодня.
Сердце рвалось из груди, боль была такой знакомой, такой прошлой, что она едва могла дышать. Вспомнились лица тех, кого она теряла, та бессилие, та ярость, та пустота — и вдруг всё снова вернулось. Глаза её сжались, грудь сжало так, что казалось, что рвёт изнутри.
Рядом стоял Риан. Он ничего не сказал, но его взгляд был плотным и тяжёлым, как камень. Он просто опустился рядом.
Ирсэя тоже подошла, тихо, осторожно. Она положила ладонь на плечо Анрии — не останавливая её, не пытаясь говорить.
Анрия вдохнула, сердце стучало безумно, и тогда она сделала резкий, решительный жест: кинжал оказался в руке.
— Я не отпущу тебя… — шептала она, закрыв глаза, позволяя энергии пробудиться.
Символ на коже вспыхнул серебристым светом. Голубой свет кинжала смешался с ним, и воздух вокруг зазвенел, словно лес сам напрягся, ощутив древнюю магию. Ветер закружил листья, земля слегка дрогнула, время замедлилось, и всё это казалось не просто проявлением силы — это был зов души, которую ничто в этом мире не могло остановить.
Анрия склонилась над Сайраной, взгляд её жёсткий, полный боли и решимости. Каждое чувство внутри было крайним, как будто баланс между жизнью и смертью висел на волоске. Она не думала о себе — только о том, что та, кого она называла сестрой, должна остаться.
Риан слегка кивнул, не произнося ни слова, а Ирсэя стояла неподвижно, глаза широко раскрыты, отражая смесь ужаса и понимания — они видели, как древняя сила откликается на волю Анрии.
Всё вокруг замерло. Даже дыхание леса стихло, оставляя только пульсацию энергии, которая текла через Анрию, через неё саму, через связь, что связывала её с Люмирой тысячи лет назад.
— Ты будешь жить… — выдохнула Анрия сквозь зубы. — Я не позволю тебе уйти.
И в этот момент древняя сила откликнулась.
Анрия ощутила, как древняя сила пробуждается внутри неё, словно дрожащая река, рвущаяся наружу. Каждое её дыхание отзывалось эхом в теле, пульс усиливался, кровь стучала в висках. Она чувствовала, как энергия пронизывает руки, ноги, спину, расползаясь по кончикам пальцев, смешиваясь с сердцебиением, с дыханием, с памятью тысячелетий.
Кинжал в руке стал больше, чем металл — он стал проводником, ключом, которым Анрия открыла поток силы, что связывал её и Люмиру в другой жизни. Символ на её коже вспыхнул серебристым светом, дрожащим, как отражение звездного сияния. Лес вокруг будто прислушался, ветки слегка наклонились, листья закружились, и воздух стал плотным, почти осязаемым.
Сайрана хрипела, её тело слабело, но свет энергии, исходящий от Анрии, обвивал её словно невидимый щит, поддерживая жизненный поток, соединяя их души. Анрия чувствовала не только физическую силу, но и эмоциональную связь, поток воспоминаний и чувств, что связывал их на тысячи лет назад: страх, радость, доверие, любовь — всё одновременно.