— Дайте ей время. Не давите на неё.
Риан нахмурился, но голос его был тихим, почти нерешительным:
—Слушай… похоже, она знает об этом больше, чем мы можем себе представить. Ты понимаешь, что это значит?
Анрия на мгновение подняла глаза на Сайрану. Серебристая линия их рук словно откликнулась друг на друга, едва заметная связь, которой никто другой не мог понять.
— Я знаю… — наконец выдавила Анрия, тихо, с каким-то внутренним трепетом. — Но не всё. И не всё стоит знать вам.
Сайрана слегка сжала её руку, как бы подтверждая: она не даст никому причинить ей боль, пока Анрия не решит сама.
Ирсэя и Риан переглянулись. Их сердца бились быстрее — они понимали, что фолиант и эта легенда связаны с Анрией глубже, чем они могли представить. В воздухе повисла тяжёлая тишина, наполненная одновременно трепетом, тревогой и любопытством.
— Тогда… расскажи нам, что мы нашли? — Наконец сказала Ирсэя, указывая на фолиант.
Анрия кивнула, слегка ослабляя хватку. Сайрана стояла рядом, готовая в любой момент встать между ней и миром, который внезапно стал слишком большим и слишком опасным.
Анрия перевела взгляд с фолианта на своих друзей. Её голос был тихим, словно шепот древнего ветра:
— Очень много лет назад… — начала она — Хаос полюбил богиню света, красивее которой не было ни в одном мире. В их союзе родился ребенок. Мироздание дало рождённому ребёнку хранить равновесие… баланс света и тьмы во всех мирах.
Она сделала паузу, перебирая пальцами страницы фолианта, словно вспоминая давно забытые события:
— Этот ребёнок, дитя Хаоса, при рождении отнял большую часть сил у своих родителей. Они ослабли, и Хаос не смог смириться. Дабы спасти новорожденного, его спрятали от разгневанного бога. Но Хаос искал своего ребёнка, разрушая миры и насылая на них тварей разных видов и сил… как те, что мы видим здесь, в нашем мире.
Голос Анрии был ровным, но Сайрана почувствовала в нём напряжение, знакомое ощущение боли и ответственности.
— Когда ребёнок вырос, — продолжила Анрия, — он понял, что не хочет быть похожим на своего отца. Решил идти своим путём, защищать миры, но не всегда у него это получалось. И отсюда появилось имя — Проклятое дитя. Дитя Хаоса, дитя разрушения… ребёнок, что несёт смерть.
Сайрана сжала руку Анрии, ощущая её внутреннюю боль. Остальные слушали, не понимая до конца, что именно видят перед собой.
…В комнате стало слишком тихо.
Ирсэя сглотнула первой.
— Это… легенда, — сказала она неуверенно. — В фолианте написано, что Проклятое дитя исчезло. Что оно либо погибло, либо было запечатано.
Анрия медленно подняла глаза. В них не было ни гнева, ни страха — только усталость, слишком взрослая для её лет.
— Легенды всегда лгут наполовину, — тихо ответила она.
Риан почувствовал, как по спине пробежал холод.
— Анрия… — он запнулся. — Этот знак. Он появляется только у носителей крови Хаоса. Или… у самого Дитя.
Сайрана сделала шаг вперёд, окончательно вставая между Анрией и остальными. Её голос стал жёстче, как натянутая тетива:
— Вы уже слишком много сказали.
Но Анрия мягко коснулась её запястья. Серебристая линия вспыхнула чуть ярче, отвечая на прикосновение.
— Всё в порядке, — сказала она. — Они всё равно догадаются.
Она закрыла фолиант. Глухой звук крышки прозвучал как печать.
Риан сжал кулаки.
— Поэтому твой знак реагирует на тварей.
Анрия посмотрела прямо на него.
— Поэтому мне снится тьма. И голос, который зовёт меня по имени, которого вы не знаете.
Сайрана резко вдохнула.
— Анрия…
— Он называет меня своим ребёнком, — сказала Анрия почти шёпотом. — И обещает, что если я вернусь к нему, войны закончатся. Миры перестанут умирать.
Наступила пауза — тяжёлая, звенящая.
Ирсэя прошептала:
— А цена?
Анрия опустила взгляд.
— Я.
Сайрана больше не сдерживалась. Она обхватила Анрию за плечи, прижимая к себе, словно могла заслонить её от самой судьбы.
— Если Хаос снова ищет тебя… значит, равновесие трещит.
Анрия открыла глаза. В их глубине мелькнуло нечто опасное — не тьма, но и не свет.
— Да, — сказала она. — И похоже, время у нас почти вышло.
Она посмотрела на каждого из них по очереди.
— Теперь вы знаете достаточно, чтобы уйти. — Пауза. — Или остаться. Но тогда пути назад уже не будет.
Сайрана не отпустила её руку. Ни на мгновение.
Сон
Анрия уснула резко, будто её сознание кто-то оборвал на полуслове.