— С тобой что-то происходит, — сказала она тихо.
Это был не вопрос.
Анрия помедлила.
— Не знаю, — честно ответила она.
Сайрана нахмурилась, но не стала давить.
— Если станет хуже — скажи, — сказала она. — Даже если не сможешь объяснить.
Анрия кивнула. Она знала: Сайрана поймёт даже то, что нельзя облечь в слова.
Вечером в комнате было тихо. Ирсэя пила чай и рассказывала что-то о соседях снизу, о городе, о мелких заботах — обо всём том, что удерживает человека в настоящем. Анрия слушала и кивала, позволяя этому быть.
И тогда пришла третья вспышка.
Самая короткая.
Не образ.
Не эмоция.
Имя. И сразу исчезло, оставив после себя пустоту и странное эхо, будто кто-то звал издалека, не надеясь, что его услышат.
Анрия замерла.
— Ты в порядке? — спросила Ирсэя.
— Да, — ответила она после паузы. — Просто устала.
Ночью она долго не могла уснуть. Лежала, глядя в темноту, чувствуя, как что-то натянуто внутри — не больно, но настойчиво. Она могла бы пойти дальше. Попробовать разобраться. Потянуть за эту нить.
Но не стала.
Анрия закрыла глаза.
Сегодня она выбрала отдохнуть.
А где-то далеко, за пределами её памяти и имени, кто-то сражался с тварями Хаоса, чувствуя, как связь, которую он искал веками, снова дрогнула — и снова не открылась.
Тьма сжимала его, как холодная пустая рука. Вокруг — только пустошь, выжженная после сражений, запах серы и чужой магии. Он стоял среди тел, которые ещё недавно шевелились, теперь же лежали неподвижно, глаза их пустые, а энергия Хаоса ещё едва теплилась в тканях, которую он аккуратно накрыл светящейся тканью.
Он вспомнил тот день.
Алиссара. Разорванная. Душа, рвущаяся на тысячи осколков. Он стоял тогда рядом, хотел кричать, пытался остановить, но не смог.
Каждый осколок уходил от неё — и каждый был как нож в его груди. Он слышал её тихий, усталый шёпот, но не понял тогда. Не почувствовал.
— Нет… — пробормотал он, пальцы сжимая в кулаки, будто мог собрать эти куски обратно.
В тишине пустоши до него донёсся шёпот. Не человеческий. Хаоса.
«Я помогу вернуть её…»
Тарвен вслушался, и в этом обещании было и тепло, и яд одновременно. Он понял: только через это он сможет приблизиться к ней.
Он подумал о том, как она жила дальше, где-то вдали, среди света, будто обычный человек. Сердце сжалось. Почему она не пришла к нему? Почему он снова видел её только в тени?
Ярость и ненависть взорвались одновременно. Он не мог быть рядом с ней, не мог защитить, не мог приблизиться — но теперь он может действовать.
Он шагнул вперёд по выжженной земле. Каждый шаг был решением, каждый вздох — обещанием: найти её, вернуть её, любой ценой.
Ветер донёс шёпот Хаоса снова, почти ласково: «Терпение… Скоро ты будешь рядом с ней. Скоро боль станет силой».
Он закрыл глаза на мгновение, позволил боли затопить грудь. И в следующую секунду шагнул дальше, растворяясь в тьме, где никто не мог предугадать его путь — ни мир, ни он сам, ни она.
Эхо между ними
Анрия сидела на кровати, глядя в темноту комнаты. В её груди снова заиграла лёгкая дрожь, не болезненная, но ощутимая — словно тонкая нить вибрировала где-то глубоко. Она не понимала, что это, просто чувствовала: что-то не отпустило.
Рядом Ирсэя тихо переставляла чашку на подоконник, взгляд её на миг задержался на Анрии, словно зафиксировав мгновение, которое она сама не осмелилась назвать. И молчала.
А где-то далеко, среди тьмы пустоши и выжженной земли, Тарвен остановился. Лёгкое движение ветра коснулось его лица, и он ощутил то же самое — почти незаметный сигнал, дрожь в воздухе, как если бы кто-то рядом дышал его памятью. Сердце сжалось, но вместо боли пришло раздражающее чувство невозможности приблизиться.
Он вспомнил её лицо — не то, что он видел тысячи лет назад, а живое, полное силы и слабости одновременно.
Анрия сделала глубокий вдох, не зная, что где-то на другом конце мира, среди руин, кто-то делает то же самое, ощущая её движение, её лёгкое, почти незаметное колебание, которое было и зовом, и предостережением одновременно.
Тарвен сжал кулаки. Боль и гнев вспыхнули одновременно. Он не мог быть рядом с ней, но каждый шаг, каждое действие теперь было направлено к одной цели: вернуть её, найти её, соединить с тем, что он потерял.
Анрия перевернулась на бок и закрыла глаза. В комнате тихо. Жизнь продолжается. Она выбрала этот выдох.
А далеко, где тьма сжала пустошь, Тарвен сделал шаг вперёд, и шепот Хаоса вновь коснулся его ушей: «Скоро… скоро она будет рядом».