Договорив он поднес к губам салфетку, но взгляда от лица собеседницы не отводил.
Камилла все еще пыталась вернуть обожженным пальцам чувствительность.
— Нет, Карл, вы что-то путаете, это мой естественный цвет волос, — она попыталась выдавить из себя улыбку, но получилось плохо, понимая, что ее губы скривились, словно от боли, девушка оставила попытки быть любезной. — Почему вы решили, что я брюнетка? Никогда не слышала, чтобы лицо брюнеток украшала россыпь таких веснушек, как у меня.
— Поверь мне, девочка, — опять зло прищурился Карл. — У твоих родителей не могла родиться рыженькая дочка. Только чернявая с яркими голубыми глазами.
При его словах у Камиллы замерло сердце. Она знала, что случилась беда, но понять какая, пока никак не могла. А привычки, выработанные годами службы в полиции, уже взяли верх, и она задала вопрос, ответа на который совсем не хотела знать. Или все-таки хотела?
— Вы знали моих родителей? До того, как поселились по соседству, я имею ввиду.
Карл самодовольно улыбнулся и откинулся на спинку стула наблюдая за бледнеющей с каждой секундой девушкой.
— Конечно знал, Кэм. Очень хорошо знал. Мы были… близкими друзьями, до того, как твой отец решил… переехать. Мы, — он задумчиво почесал идеально выбритый подбородок, словно с трудом подбирая нужные слова. — работали с ним вместе, он был моим… подчиненным. А потом внезапно все бросил, забрал свою красавицу жену и уехал в неизвестном направлении.
У Кэм остановилось сердце. Ее мать не напрасно испугалась, когда увидела этого человека, их что-то связывало в прошлом, наверняка, что-то нехорошее. Карл смотрел на нее с ядовитой ухмылкой.
— А что ты не знала? Твоя мама тебе ничего не рассказала? Совсем ничего? — он сделал акцент слове «совсем».
— Нет, — отрицательно покачала головой девушка, внимательно изучая остатки салата на своей тарелке. — Она ничего мне не говорила о вас.
— Странно, очень странно. Я всегда полагал, что она очень разумная… женщина. Это было опрометчиво с ее стороны. А про отца? Про него она тебе тоже ничего не рассказала?
Этот разговор ставил Камиллу в тупик, она ничего не могла понять. А пристальный взгляд бывшего соседа, просто нервировал. Кэм отбросила напускное спокойствие.
— Нет, не говорила, но мне кажется, что это вовсе не ваше дело, мистер Тейн. Это дело моей семьи! Внутреннее! И я не желаю с вами обсуждать что-либо. Я вообще не понимаю, что я здесь делаю! Вы хотели меня видеть, чтобы сказать, что были знакомы с моими родителями? Это очень странно, мистер Тейн. Но совершенно меня не интересует! Это меня никак не касается!
— Ошибаешься, девочка, — склонился над столом Карл Тейн. — Тебя это очень даже касается! И если пока еще не коснулось, то скоро, коснется! Да так, что подняться не сможешь! И дышать будешь заново учиться!
В его глазах не мелькали рубиновые искры, теперь его глаза стали рубиновыми полностью. Но Камилле было уже все равно, она уже распалилась и забыла где находится.
— Научусь, если придется! Мне не впервой! Извини, Роберт, но, кажется, твой отец очень хотел загадать мне какую-то загадку, или вынудить меня искать несуществующие ответы на одному ему известные вопросы, но я уже давно не играю по чужим правилам! Всего вам доброго, мистер Тейн! Надеюсь, больше никогда вас не встретить!
Она резко поднялась из-за стола. Роберт лишь немного замешкался, но его отец ничуть не растерялся. Уже через долю секунды он стоял рядом с Камиллой и крепкой держал ее за локоть. Его крепкие пальцы впились в руку девушки и обжигали ее адским огнем. Одним резким движением он развернул упирающуюся девушку к себе лицом и прошептал ей в лицо:
— Ты такая же несносная, как твой папашка! Он уже поплатился за это! И тебе не избежать этой участи! Я слишком долго ждал этого, чтобы какая-то пигалица встала на моем пути! С тобой ведь уже случались странные вещи? Очень странные, которые ты не смогла бы объяснить. Я знаю, что случались! Поверь мне, девочка, это было только начало! Не лезь в эту игру, она тебе не по зубам! А если влезешь, — он угрожающе понизил голос. — Тебе ничего не поможет! Ни твой покровитель, ни твое упрямство! Закончишь так же, как твой отец! Неопознанным трупом в морге захолустного городишки!
Камилла не пыталась вырваться. Ей казалось, что стоит ей лишь пошевелиться и кожа просто сползет с ее руки, оставшись в цепких пальцах старшего Тейна. С ужасом она понимала, что не способна пошевелиться. Девушка застыла, не в силах отвести взгляд от пылающего ненавистью взгляда Карла Тейна. На помощь ей пришел Роберт. Он резко вырвал ее руку из хватки отца и прикрыл девушку своей спиной.