И с каждым днем становилось лишь хуже. Теперь она уже ненавидела себя за свои постоянные отказы от свиданий, ненавидела Моргана, в существовании которого с каждым днем все больше сомневалась. Рядом с ней был нужный человек, а она не смогла этого понять, предпочитая парня из сна, реальному человеку. Ей предстояло научиться с этим жить. И сидя у окна, в ночь перед своим днем рождения, она яростно размазывала по стеклу остатки своего дыхания, вычеркивая из своей памяти, из своей жизни имя несуществующего человека. Теперь у нее другой герой, Даниэль, но он так же недосягаем, как был Морган. Почему же у нее в жизни все так не вовремя? Всего несколько недель назад нужно было вычеркнуть и забыть Моргана и Дэн, возможно, был бы жив, или это ничего бы не изменило? Превратности судьбы? Любить того, кто не может быть рядом? Меняются имена, но не суть. Так может так же будет и с Робертом и она зря накручивает себя? Он не скрывает ничего, просто она опять ищет отговорки, чтобы не сближаться с человеком, который к ней очень хорошо относится? Раньше она пряталась за воспоминаниями о Моргане, теперь, терзает себя Вариком, а истина проста — цени то, что тебе дано, наслаждайся моментом, ведь уже завтра все может измениться. Она уснула в слезах, так и не разобравшись в своих чувствах.
Она боялась наступления этого дня, но никак не могла ожидать, что начнется он с острой боли, заставившей ее корчится и стонать, даже не открыв глаза. Казалось, что ее рвут на части, вытягивают жилы и посыпают глубокие раны солью, одновременно прижигая раскаленным железом. Она не могла даже распрямиться, сжавшись в позе эмбриона, она судорожно пыталась сделать очередной вдох. Мозг закипал, казалось из ушей вот-вот пойдет пар. Она не помнила испытывала ли что-либо подобное раньше и не могла найти объяснения происходящему. Накануне все было как обычно, ничего не предвещало… этого!
Когда она не появилась на работе, ей позвонил капитан, она заставила себя не орать в трубку от боли, лишь попросила выходной, сказавшись больной.
О, да! Она была больна, вот только что это было? Когда ленивое солнце едва подходило к своей высшей точки на небосводе, Камилла смогла систематизировать и опознать свою боль. Она ощущала поочередно все те травмы, которые сама себе наносила за эти семь лет безумного везения. Резко дернуло левую ногу в области бедра — это неудачное падение с мотоцикла. А потом было ножевое ранение, когда она ввязалась в драку. Если бы она могла улыбнуться, она бы это сделала, когда почувствовала болезненный укол в области плеча. Так и есть! Прыжки с парашютом, виндсерфинг, байкерские гонки. Неужели ей придется сейчас переживать все это снова? Пожар, драки, погони… Она ломала за последние семь лет все кости в своем теле, ее штопали и собирали из кусков, и она никогда не чувствовала боли. Нет, конечно, боль была, но не такая. То, что было прежде было похоже на слабый отблеск истинной боли, которую она должна была бы испытать. Теперь, сжимая зубы, в бесплотной попытке не напугать соседей своими криками, она понимала, чего ей удалось избегать все эти долгие годы. Время тянулось, иногда, в минуты ожидания очередного приступа, ей казалось, что стрелки просто замирали на месте. Она и не представляла, что ей удалось пережить подобное, многие травмы она просто забыла, и теперь они были неожиданностью. Во время очередной короткой передышки, она успела даже съесть найденным на столе бутерброд и хлебнуть несколько глотков холодного кофе.
— Ну, — философски рассудила Камилла. — Рожать теперь точно не страшно, что такое схватки уже представляю.
И в тот же миг ее согнуло пополам от очередного болевого шока. На четвереньках, ежеминутно припадая к полу, она вернулась к кровати.
Когда начало смеркаться, Камилла уже несколько раз малодушно помышляла о самоубийстве, наверное, если пустить пулю себе в рот, даже ее неимоверное везение не спасет. Она уже даже достала пистолет, но очередной звонок от Роберта (уже сотый, наверное, не отвеченный) вернул ее в реальность. Она убрала пистолет под подушку и сбросила вызов, говорить она не могла и не хотела. Слишком много придется сказать слов, пустых и бездушных, лучше просто завтра перезвонить и извиниться. Совсем не к месту всплыли давно известные слова: «Рано или поздно мы все платим по счетам». Видимо, время расплаты пришло. Давно, очень давно они с мамой смотрели детскую сказку, главный герой которой произнес сакраментальную фразу: «Жить и погибнуть достойно» окончания она не помнила, но, если ее час пришел, нужно встретить его именно достойно. Превозмогая боль, девушка растянулась на кровати и закрыла глаза.