— И были правы, мальчики! — ее толкнули в руки этого человека. — Отличный улов!
— Женщина на корабле, капитан! — возмутился кто-то.
Камилла думала лишь о том, что миры разные, а предрассудки у всех одинаковые, ей стало страшно. В детстве она любила пиратские романы и представляла, что ждет женщину на корабле пиратов.
— Оставь, Стэн, это всего лишь байки, — мягко проговорил капитан, чем немало ее успокоил. — Пожалуй, я докажу вам ошибочность ваших убеждений. Я отказываюсь от своей доли. Вся добыча будет поровну поделена между командой.
Камилла вздрогнула. Семеро бандитов — это еще терпимо, но корабельная команда! Она с ужасом думала сколько же это человек, ноги подкосились, и девушка безвольно повисла на руке капитана, обнимавшего ее. Потеря сознания помешала ей услышать окончание его речи.
— Я оставлю себе только девушку. Из нее выйдет отличный юнга. Наш ведь остался в лапах королевских стражей. Так что она его заменит. Но! Это моя женщина! Никто из вас не смеет к ней прикоснуться, как к женщине!
Она пришла в себя на уютной кушетке, рядом с ней кто-то сидел.
— Не бойся, девушка, — произнес бархатистый бас. — Здесь никто не тронет тебя. Кроме меня, конечно!
Он рассмеялся, а Кэм покраснела. Похоже, в этом мире был недостаток женщин. Почему интересно? Она села на кушетке и тихонько, чтобы не разгневать нового покровителя потянула за шнуровку на платье. Ее пальцы накрыла прохладная ладонь.
— Не нужно, — она услышала, как мужчина проглотил слюну. — Я не хочу так. Я не отдал тебя своей команде, потому что в отличии от них, я сразу понял, что ты не простая „мышь“. Я не маг, но в моем роду были маги. Кто ты?
— Меня зовут Аль, — покорно произнесла Камилла заученную фразу. — Но, если господин желает, он может дать мне другое имя.
— Ты из дома любви? — удивленно произнес капитан.
— Я — воспитанница Ванды, если, господин не доволен воспитанием, он может меня вернуть и высказать свои пожелания Ванде. Она все исправит.
— Прекрати, — оборвал ее капитан. — Здесь ты не принадлежишь никому. Если ты хочешь, ты можешь уйти, я не стану тебя держать. Но ведь ты не отсюда, Ванда воспитывает только пришлых. Куда ты пойдешь?
— Мне некуда идти, — забыв о воспитании произнесла Кэм. — Единственный человек, которой заботился обо мне, умер. Я одна здесь, я не знаю, что мне делать.
— Так-то лучше, — неожиданно мягко произнес капитан. — Как твое истинное имя?
— Камилла.
— Кэм, значит. Очень красивое имя. Чем оно Ванде не понравилось? Но это не важно, не отвечай.
Он встал с кушетки и прошелся по каюте. Налил в кубок вина и подал ей.
— На-ка, выпей. И расскажи мне свою историю, Кэм.
Капитан стал ее защитником и учителем. Несколько месяцев они бороздили просторы свободного океана. После унижений среди грабителей, его обходительное отношение, внимание и забота, были разительной переменой. Кэм и сама не заметила, как оказалась в его крепких объятьях. Его обветренные губы были всегда солеными, а тело пахло морем. Нежные прикосновения грубых пальцев к коже, заставляли трепетать, а уверенная, но не жесткая манера общения дарила ощущение защищенности и стабильности. За каменной стеной, вот как Кэм расценивала свои чувства к капитану. Это все, что она запомнила о нем. Он заставил ее вспомнить кто она, кем она была. Когда она рассказала ему, что в своем мире любила рисовать, он подарил ей мольберт и краски. Он научил ее обращаться с кинжалом. Он никогда ничего не требовал, но и редко отказывал. Сперва команда роптала, но тихо, так чтобы никто не слышал. Она читала недовольства на лицах, в глазах, но слов не слышала. А спустя несколько недель плаванья к ней привыкли. Она стала любимицей морских волков, их живым талисманом. Она же считала себя дочерью полка. Никто не протестовал и не оспаривал право капитана на обладание ею. Пираты стали ее братьями. Все они. Те, кто выжил, и те, кто погиб.
В море их настигло другое судно. Завязался бой. Ее спрятали в каюте, как боец, она никуда не годилась. После поражения, ее нашли победители. Она была горда тем, что успела убить одного из них, но двое других просто оглушили ее тяжелым ударом по голове. Она не знала, какая участь постигла ее команду. Очнулась девушка в трюме чужого судна, в цепях. Над ней склонилась женщина, вытирая кровь с ее лица.
— Жива? — сухо спросила она.
Камилла не смогла ответить, язык прилип к небу, она лишь утвердительно кивнула.
— Жаль, — так же сухо констатировала женщина. — Лучше умереть, чем стать рабыней, а теперь у тебя нет выбора.