Далсон и Бойер до сих пор живы.
Далсон и Бойер должны быть мертвы?
Глава 15
Седрик успокоил дыхание и сосредоточился. Попытки найти выход из ситуации снаружи не привели к успеху, потому он решил попробовать заглянуть внутрь. Ему еще не приходилось проваливаться в небытие по собственному желанию, раньше это всегда происходило спонтанно – во время сна или беспамятства. Но сейчас другого выхода не было.
Юноша прикрыл глаза, уперся языком в нёбо и медленно, на четыре счета, сделал вдох через нос, после чего задержал дыхание на семь секунд и еще медленнее выдохнул через рот. Этой технике расслабления он научился в Службе – она помогала быстро снять напряжения и успокоить разум практически в любой ситуации.
Вдох через нос: раз-два-три-четыре.
Задержка дыхания: раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь.
Выдох через нос: раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь-восемь.
Снова и снова, пока не провалишься в сон.
На шестом цикле Седрик ощутил привычную бодрость в ногах. Но люди без лиц никуда не бежали. Они скапливались небольшими кучками, в недоумении толпились на мостах и в узких коридорах и, казалось, беззвучно ругались между собой.
Безликие не выглядели уставшими или ранеными, но никто из них не бежал. Они были скорее… озадаченными и раздраженными. Седрик же чувствовал в себе силы на хорошую пробежку и невыносимо жаждал ее. Наивно предположив, что, как и в прошлые разы, остальные присоединятся к нему, он припустил вперед по большой каменной площади. Энергия бурлила в теле, мышцы слушались идеально, сердце чуть повысило темп, весело стуча и проталкивая кровь по артериям.
БАМ! — Седрик со всей дури врезался в невидимый барьер и медленно сполз по нему на пол. Провалиться в беспамятство, уже находясь в его подобии, было чем-то новеньким. Очнувшись на полу, в окружении безликих, смышленый юноша сделал для себя два вывода.
Во-первых, чем бы ни была эта реальность, увечья в ней вполне ощутимые – после столкновения с неведомой преградой сильно болело лицо и стремительно опухала левая рука. А это значит, что и все предыдущие его рискованные выходки в этом пространстве запросто могли свести его в могилу. Скорее всего, в этом случае в реальном мире он бы просто не проснулся.
Во-вторых, стало понятно замешательство безликих и их же нетипичное кучкование. Судя по всему, пространство между ними оказалось поделено на небольшие продолговатые сектора невидимыми барьерами.
Первым делом Седрик ощупал злополучную преграду. Нельзя сказать, что прикосновения к ней были неприятными, но все же они вызывали тревогу. Щупать нечто невидимое – странно.
Барьер на ощупь был гладким и холодным. Как будто трогаешь максимально прозрачное, чистое и невероятно прочное стекло. Методом ощупывания Седрик установил, что барьер, о который он чуть не расшибся, проходит поперек большой площади и с обеих сторон упирается в каменные стены. Позади, метрах в шести обнаружился аналогичный барьер. Таким образом, Седрик и еще несколько безликих оказались заперты в продолговатой ячейке, ограниченной невидимыми барьерами по длинным сторонам и каменными стенами по коротким. Примерно в аналогичном положении пребывали и другие кучки безликих.
Юноша решил попробовать разбить барьер: сначала плечом с разбегу, затем ударом ноги. В результате к опухшей левой руке он ушиб ногу и плечо. Оказалось, что довольно сложно правильно рассчитать момент и силу удара, если ты не видишь препятствие и точно не знаешь, где именно оно находится.
Седрик на автомате приглушил боль магией. Пара пассов руками и простейшее заклятие вырвались из него абсолютно машинально. Такая «заплатка» не лечила травмы, а просто обезболивала, притупляя чувствительность мозга к раздражителю. Этот способ нельзя использовать на постоянной основе, но как временная мера – пойдет.
Минуты через три до юноши дошло, что заклятие сработало. В реальном мире он лежал на тахте, перемотанный Паучьей сетью и не мог использовать ни капли магии, но здесь, в этом чудном пространстве заклятие сработало! Он смог распорядиться энергией! А это значит…
— Магнус Вис! — завопил Седрик и со всей дури вдарил по барьеру тем же движением, что дубасят в дверь непрошенные гости. Усиленный магией удар не произвел на преграду никакого впечатления, а вот руку юноши даже сквозь подавленное болеощущение пронзили тысячи игл. Он взвыл и, держась за ушибленную конечность, осел на колени.