— Соглашусь, — виновато развел руками Бойер. — Пожалуйста, продолжайте!
— Так вот. Тех же, кто имеет шанс когда-нибудь стать старшим офицером, учат другому. Их сразу видно.
— И Седрик, надо полагать, имел такой шанс?
— Увы, но да, — развел руками теперь уже Бланш. — И таких ребят мы в первую очередь учим умению рассказывать истории.
Шедший рядом Далсон издал неопределенный звук, что-то вроде недовольного кряхтения. Бойер же заинтересованно посмотрел на Бланша своими разноцветными глазами – зеленым и голубым.
— Понимаете, какая штука. Я пришел к выводу, что мышление имеет смысл только тогда, когда человек может составлять повествование. Мыслить нужно целостно. Старший офицер Службы должен иметь четкую картину мира. Не навязанную нами, а сформированную естественным образом.
— Интересная гипотеза.
— Это не гипотеза. Умение составить историю – это умение целостно мыслить. Это умение связывать и упорядочивать множество разрозненных событий и фактов в целостное повествование. Это умение построить связную картину мира, в конце концов! Человек должен уметь объяснить себе происходящее. А старший офицер Секретной службы к тому же должен уметь объяснить его еще и другим.
— Звучит логично, черт подери!
— Не придуривайтесь, мистер Бойер. Мы оба с вами прекрасно понимаем, о чем идет речь. Человек, который мыслит фрагментарно, просто не способен осознать себя и свое место в мире. А потому он покорно принимает любые объяснения от тех, кто может рассказать ему складную историю о нем же самом. Такими людьми легко манипулировать. Таких людей большинство. И мы готовим тех, кто рассказывает им истории.
— И что же, Седрик преуспел на этом поприще?
— Насколько я могу судить – даже слишком.
— Что вы имеете в виду?
— Он способен на такие истории, в которые с головой верит сам.
— Пророков можно обвинить в том же самом, доктор Бланш.
— Как и сумасшедших, мистер Бойер.
— И кто же из этих двоих пытался меня придушить?
— Я не знаю, мистер Бойер, я не знаю.
…
Бойер с самого начала показался Бланшу интересным, но… понятным. Бойер – маг. Не самый сильный, но искусный и талантливый. Его успехи впечатляют, но они объяснимы. А вот Далсон… Далсон пока оставался для Бланша неразгаданной загадкой. Молчаливый экспериментатор, сращивающий науку с магией.
— Доктор Далсон!
— Да.
— Вы не поделитесь секретом, за какие заслуги вам дали степень доктора?
— Нет.
Бланш не привык слышать таких ответов. Нет. Коротко. Просто. Уверенно. Сказать «нет» второму человеку в Секретной службе Союза может не каждый. Но Далсон, казалось, не испытывал с этим никаких трудностей. Эти двое общались с Бланшем на равных.
— Мне просто любопытно. Вы ведь не маг.
— Не маг, — Далсон продолжал отвечать односложно. Казалось, он думает о чем-то своем.
— Но получили степень доктора в Первом университете магии.
— Получил, — утвердительно покивал Далсон. Их диалог стал напоминать издевательство. Бойер, шедший рядом, хмыкнул.
— Как можно изучать магию, не будучи магом?
Далсон вздохнул.
— Что такое магия, доктор Бланш? — он, наконец, посмотрел на собеседника.
— Ну, положим, это некий особый способ управления энергией, — Бланш почти слово в слово повторил определение, произнесенное когда-то Седриком ему самому.
— Допустим, способ управления, да, — продолжил Далсон. — Вот вы, маги, дергаете руками, говорите какие-то слова и что-то в мире меняется, так?
— Ну, если грубо, то да. Так и есть. Что-то в мире меняется по воле мага.
— Доктор Бланш, поднимите левую руку.
— Что? Зачем?
— Поднимите-поднимите.
Бланш поднял левую руку.
— Теперь опустите.
Бланш опустил руку, с недоумением глядя на Далсона.
— Вот видите, я – не маг. Но я произнес определенные слова, и ваша рука поднялась. Потом я произнес другие слова и ваша рука опустилась. И произошло это по моей воле.
— Неплохо!— Бланш рассмеялся.
— Магия, она здесь, — Далсон поднес указательный палец к виску, — в голове. И суть ее – управление.
— Что-то в этом, действительно, есть.
— В этом все, доктор Бланш. В этом – все.
Глава 18
За четыре дня до того,
как мир изменился
На самом деле Лукас де Сильва не был тупым. Избалованным и капризным – да, эгоистичным и нечистым на руку – да. Но не тупым. Едва поняв, что задержится в Сторсе надолго, он начал строить свою подпольную империю. Его темные дела никогда не были совсем уж темными, скорее серыми. И серость эта, сливаясь с серостью местной жизни, постоянно ширилась, затрагивая все больше и больше окрестных сел и городков.