— Ты и Ивануэль теперь считаешь чужемирским отродьем? — стараясь не показать свой страх, следя за тем, чтобы мой голос не дрожал, спросила я потрясенная его холодной жестокостью.
При упоминании Ивануэли, он яростно сжал кулаки и процедил сквозь зубы:
— Да, считаю. Только такие, как вы, можете, на позволение жить среди нас, и даже на нашу любовь, отвечать неблагодарностью.
— И что ты собираешься делать со всеми нами, неблагодарными отродьями? — спросила я, в надежде лучше понять, что здесь происходит.
— Не твоего ума дело, — ответил он грубо, и больно схватив меня за руку, вздернул на ноги, потащив по лестнице наверх с такой скоростью, что я еле успевала переставлять ноги, боясь навернуться носом вниз.
Но, на фоне всего происходящего, такое грубое обращение уже не удивляло меня. Да и беспокоилась я в этот момент не о себе, а об Орестонэле и моих воинах. Я не сомневалась в их победе, на их стороне и численный перевес, и, я думаю, перевес в мастерстве. В Орестонэле я, вообще, не сомневалась, а воинов, Эдмунизэль, наверняка, послал со мной лучших. Но я боялась, как бы они не ринулись сразу сюда, спасать меня. Эх, подвела я их своей невнимательностью.
С силой втолкнув меня в комнату, от чего я еле удержалась на ногах и по инерции сделала несколько шагов вперед, Лазарэль захлопнул за мной дверь.
Я огляделась. В этой комнате, в страшной тесноте, находились восемнадцать женщин и детей. Здесь были и орчанки, и полукровки. Среди шести детей были и девочки, и мальчики. Несмотря на такую скученность и духоту, неприятных запахов не было. Значит, здесь есть полукровки владеющие магией и они помогают орчанкам, с помощью бытовых заклинаний, содержать себя в чистоте.
В комнате никакой мебели нет, все лежат на полу и спят, но при моем появлении проснулись. Освещения нет. Даже занавесок на окне нет. Небольшой гигиенический закуток отгорожен ширмой. Заметила, что одна из орчанок морщась от боли, осторожно прижимает к груди сломанную руку. Значит, с Целительским Даром тут никого нет. Некоторые дети, капризничая, поскуливают. Посмотрев на их ауры, поняла, что они голодны.
Меня, тоже молча, внимательно и удивленно рассматривали.
— Здравствуйте, меня зовут Алинаэль Асмерон, — придавая голосу доброжелательность, я улыбнулась, одаривая всех душевной теплотой, не давая страху за себя, за Данирэля, за Орестонэля, за своих воинов и за всех этих заложников, прорваться наружу. — Я с отрядом воинов пришла сюда из Асмерона, к вам на выручку. И вот, видите, сама глупо попалась в ловушку. Но все воины остались на свободе, так что, я думаю, скоро нас спасут, — уверенно рассказывала я, двигаясь к орчанке со сломанной рукой.
Присев перед ней на колени, я взяла ее руку и, зафиксировав в правильном положении сломанную кость, послала к месту перелома Силу магии исцеления. Когда кость и разорванная мышца срослись, я отодвинулась от нее и, сев на пол, спросила:
— Здесь можно открыть окно?
— Да, но это ничего не даст, за ним стоит крепкий Воздушный щит. Нас никого не стали связывать, потому что здесь никто с этим щитом не справится.
— Я чувствую, что дети хотят есть, да и вы тоже. Вас плохо кормят?
— Кормят один раз в день, утром, очень скудно и дают мало воды. Ровно столько, сколько нужно чтобы не умерли, но при этом, девочки, не могли бы восстановить магический резерв.
— Ну, поскольку мой резерв почти полный, и я имею Целительский Дар, значит, смогу поделиться магией с теми, кто ею владеет. А вы мне пока расскажите, что же от вас хотят эти злодеи? — я поднялась на ноги и направилась к ближайшей полукровке, светящаяся аура которой свидетельствовала о том, что ей доступна магия.
— Мы мало, что знаем, — ответила мне эта женщина, с наиболее эльфийской внешностью. Я коснулась ее рукой и передала ей немного Силы. Она, с благодарностью во взгляде, с облегчением вздохнув, продолжила: — Нам сказали, что либо нас всех навсегда заберет с собой в Орочью Степь Владыка орков, либо нас убьют. Что в Эльфийском Лесу не должны жить ни орки, ни полукровки, в которых течет орочья кровь. А ты правду сказала, что к нам послали подмогу? Разве не все эльфы решили от нас избавиться?
— Как вы могли такое подумать? — удивленно развела я руками. — Во всем Лесу набралось только пятнадцать-двадцать таких глупцов. И я не понимаю, почему в вашем городе не справились с ними собственными силами, — ответила я, немного покривив душой. Во-первых, я не знала точную численность террористов. А во-вторых, и в главных, в Асмероне многие поддерживают Королеву, настроенную против орков, хоть и вряд ли согласны с такими радикальными методами.