Единственное, что меня заинтересовало в новости о бале, это известии о прибытии представителей всех знатных семейств. Не явится ли на этот бал моя бабуля? Ожидание и беспокойство по этому поводу, тем не менее, быстро утонуло под наплывом новых сбегай — принеси — поднеси — подай — сделай так, как я хочу от принцессы. Файна перемерила все привезенные в Стратисс наряды и нашла, конечно же, все неподходящими для столь знаменательного события, немедленно потребовав пелерину от этого перешить на то, да еще и рукава от третьего, а кружева от четвертого. Кляня свою болтливость — еще в пансионе я призналась соученицам, что умею шить — я далее опускала вырез декольте и ушивала корсет.
Я настолько устала от цветного вороха и бесконечных примерок, что, совсем не сопротивляясь, натянула выданный мне на бал графиней Папеньи бледно-розовый доспех.
Я едва взглянула на свое ставшее сразу блеклым отражение в зеркале, пока общая для всех фрейлин горничная, тоже безмерно уставшая от капризов девиц, собирала мне волосы в положенный пучок, впрочем, из сочувствия ко мне отойдя от канонов и оставив свободными несколько прядок, которые хоть как-то оживляли мое лицо. От своего первого бала я многого не ожидала, полагая, что стратисские молодцы не откажут себе в удовольствии мне отомстить. Разумеется, не было ничего удивительного в том, что мои ожидания сбылись.
Встрепанный змееныш внезапно объявил, что давеча потянул ногу, поэтому не может со мной танцевать. Остальные кавалеры, даже если были свободны, бросали на меня ехидные и торжествующие взгляды. Обещанные представители видных семейств оказались в большинстве своем строгими матронами — не исключено, что родственницами тех же самых молодцев, с которыми танцевали фрейлины — пришедшие посмотреть, что за курицы пытаются окрутить с помощью земляных червей их бедных мальчиков. Девушки от придирчивых взглядов терялись и даже заговаривать с парнями не решались. Я уже мечтала не о танцах, а о теплой ванне и уютной постели, как мои думы были прерваны каверзным вопросом:
— Прекрасный бал, вы не находите?
Вкрадчивый голос, оказалось, принадлежал незаметно ко мне подошедшему князю.
— О, да! Торжество вполне достойно того, кто его организовал! — согласилась я, оставив князю самому решать, колкость это или невинное рассуждение наивной девы.
— Не согласитесь ли вы принять мое предложение о танце? — поинтересовался вдруг тот, так и не объявив, как понял мое предыдущее высказывание. Я кинула быстрый взгляд на своего сопровождающего, но тот демонстративно отвернулся. «Ну и дурак!» — подумала я и подала руку князю.
— Вы прекрасно танцуете, — отвесил мне комплимент Его Княжество. — Почему же вы за весь бал ни разу не станцевали?!
— Мой кавалер сломал ногу, — ответила я, как раз оказавшись в движении танца напротив упомянутого мною симулянта. Тот не нашел ничего лучше, как снова уставиться на меня своим злым взглядом.
— Какая жалость! — между тем, совершенно неискренне воскликнул князь.
— Жалость в том, что не шею, — пробурчала я еле слышно, но мой партнер все равно услышал.
— А у вас прекрасное чувство юмора! — неожиданно улыбнулся тот. Я могла бы ему сказать, что не шутила, но сдержалась. Кто знает, князь мог и разгневаться на такое и отправит меня обратно в Волиссию, куда мне возвращаться категорически не хотелось. Потому что единственное место, куда я могла вернуться, был королевский дворец, а, учитывая, что, по словам некоторых фрейлин, средний принц всерьез негодовал по поводу моего отъезда в Стратисс, мелкие уколы моего сопровождающего показались бы мне в Волиссии цветочками. Надежда же моя на бабку пока не оправдалась — та на балу так и не появилась. То ли ее не позвали, то ли та до сих пор была обижена на мою мать. Поэтому оставалось рассчитывать только на саму себя.
Глава 3
Дарин
— Дарин, я к тебе обращаюсь! — удивленный голос матери вывел меня из нерадостных дум, в которых я опять соображал, как избавиться от одной несносной занозы.
— Прости, мама, я задумался, — с видом полного раскаяния я обратил свой взор на княгиню, которая, впрочем, на мое невнимание не обиделась, а только странно улыбнулась.