— Она моя невеста! — возмутился я. Вот ведь! Столько лет знать ее не хотела, а как про дар узнала, так сразу себе присвоить вздумала.
— Потом разберемся! Где она?!
Княгиня была права: сейчас главным было спасти занозу от высылки в Волиссию, а с остальным разберемся позже. Быстро как мог, я рассказал Яросельской про отъезд ее внучки вместе с еще одной фрейлиной, про эскорт из шести гвардейцев, о том, что вдогонку послал двоих крепких парней, которые должны будут отслеживать кортеж и слать мне вестники, про свое предположение, что те едут в Грейд, через который идет прямая дорога на Волиссию. Рассказывал я ей это уже выходя из терема — путь, который использовала сама княгиня, оказался гораздо короче того, каким вел меня кот — а на выходе нас уже ожидала дюжина крепких молодцев, сидящих верхом, к счастью, на лошадях, а не на волках. Каким образом Яросельской удалось так скоро организовать наш выезд, я спрашивать не стал — видимо, через своего родового духа — мне, впрочем, это было только на руку.
Княгиня тоже ехала верхом, я вскочил на поданного мне черногривого красавца, и последовал рядом с ней по широкой тропе через лес. Странно, но ни бурелома, ни зайцев с умными глазами в нем больше не было, лишь сосны, которые доставали, казалось, до самого неба, да щебет невидимых нам птиц.
— Послушай меня, мой мальчик, — начала вдруг княгиня спустя полчаса, как мы отъехали от терема. — Твой отец не прав, постарайся убедить его в этом, иначе сам сядешь на княжение в Земьском тереме быстрее, чем тебе хотелось бы.
— Почему, не прав? — вступился я за отца. «Мальчика» я со скрипом проглотил, ведь мне еще предстояло к занозе свататься, а решение по этому вопросу принять должна была княгиня.
— Не стоит поддаваться противнику и следовать правилам с тем, кто их сам не соблюдает, принимать условия того, кто хочет тебя обмануть.
— Но…
— Неужели Валор не знал, что этот волиссец пытается усидеть на двух стульях, и при этом тририхтский стул кажется ему куда прочнее? — удивилась Яросельская.
— Разумеется, нам известно о связях Волиссии с Тририхтом, — может быть, излишне холодно отозвался я, так как княгиня явственно усмехнулась. Поэтому о том, что узнали мы об этих связях только после того, как по уши увязли в волисском псевдосватовстве, я не стал. — Однако нельзя никого обвинить без улик. Мы хотели выяснить их планы и поймать за руку, а для этого лучше всего подходит ловля на живца.
— Под живцом ты имеешь в виду себя?! — в глазах Яросельской плясали разноцветные снежинки.
— Нет, — ответил я, а, взвесив все за и против, добавил: — Феню.
Глаза княгини вновь вспыхнули алым, а сама она, молча, зашевелила губами, видимо, воспитание не позволяло ей выругаться вслух.
— Плохо дело, — наконец, выдала она. — Ты знаешь, что это означает?!
— Тририхт снова желает на нас напасть, а перед этим хочет значительно ослабить, — пожал я плечами: мотивы противника казались очевидными.
— Эх, дурачье неученое, — покачала головой она, всматриваясь вдаль. Я возмущенно на нее уставился. Даже если допустить, что она обладает какими-то особыми знаниями, это не повод так отзываться о представителях великокняжеской, между прочим, семьи.
— Есть один тайный ритуал, — видимо, правильно поняв мой взгляд, продолжила она, — придуманный столь давно, что никто уже не помнит, когда это было. Тем не менее, применить его с тех пор так никому и не удалось, и я надеюсь, что не удастся.
Что это был за ритуал, княгиня так и не пояснила, так как в этот момент наконец-то закончилась лесная тропа и мы, выехав на тракт, пустили лошадей рысью, изредка даже переходя в галоп. Бешеная скачка продолжалась почти три часа, после чего мы остановились у, видимо, уговоренного заранее через вестника становья, где немного перекусили и поменяли лошадей. Хоть я и удивлялся, каким образом Яросельской удавалось так быстро организовывать наше путешествие, не мог не замечать того авторитета, который она имела среди жителей не только своего надела, но и за его пределами, что показала уже третья наша остановка. Стоило нам подъехать, как лошади на замену были уже оседланы, ужин сервирован, а пара голубей готова отправиться с вестью к следующему месту для нашей остановки.
Разговаривали мы с княгиней теперь только по делу, обсуждая во время остановок дальнейшую дорогу и наш способ по ней передвижения. Планировали мы изначально следовать тракту, ведущему от надела Яросельской до Земьи, затем, пройдя две трети пути, свернуть на Лиоль, находящийся как раз посредине между Земьей и Грейдом. В целом, такая дорога должна была занять четыре дня, но мы решили двигаться даже ночью, таким образом, сокращая время пути до трех дней. На ночь мы нанимали карету для княгини и повозки для остальных, в которых спали посменно, а днем снова скакали верхом.