— Ты жив?! — воскликнула Хемила, перебираясь через ограду. — Но каким образом? Я нашла палец и думала, что он твой.
— И была права, — подтвердил Канур, поднимая и демонстрируя изуродованную руку, замотанную грязными тряпками. — Помощник Намира отрезал его мне, пытаясь заставить сказать, куда я дел артефакт. Но я, конечно, отказался, прекрасно понимая, что стоит проболтаться, и мне тут же придёт конец. Тогда они посадили меня сюда, видимо, рассчитывая продолжить после представления, но, когда явилась Хемила (отсюда я слышал её разговор с Намиром), они заподозрили, что их попытаются ограбить ещё раз, и оставили меня на ночь в покое.
Сенегард с Хемилой вытащили незадачливого вора из ямы и поставили на ноги.
— Так куда ты спрятал артефакт? — поинтересовался Сенегард.
— А как насчёт того, чтобы увеличить мой гонорар? — отозвался Канур. — Всё-таки я пострадал, — и он снова продемонстрировал окровавленную ладонь. — Кроме того, они присвоили моё кольцо, а я заплатил за него в своё время…
— Хорошо, — перебил Сенегард. — Получишь ещё десять золотых, но не тяни время. Не оставаться же здесь до утра.
— Ты мудр и справедлив. — Канур поклонился шутовским манером. — Артефакт, эта редкостная и чудесная вещь, ради которой мы проделали весь путь и претерпели столько мук, находится в террариуме. Это там, — добавил он, указывая в темноту. — Я бросил его змеям прежде, чем укротитель с помощником схватили меня.
Сенегард подошёл к большому дощатому ящику, снял с него три увесистых камня и заглянул под крышку. Змеи спали. Он начал вынимать их одну за другой и класть на землю, пока не извлёк из-под сухих чешуйчатых тел склянку с темной жидкостью.
— Готово? — позвала его Хемила, вглядываясь в темноту.
— Да, — отозвался Сенегард, подходя. — Кровь единорога у нас. Нужно было быть или отважным сумасшедшим, или безумным счастливчиком, чтобы раздобыть её, ведь известно, что эти животные водятся только в эльфийских лесах, и их зорко охраняют.
— Видимо, недостаточно зорко, — заметил Канур.
Сенегард бережно завернул склянку в тряпицу и убрал за пазуху.
— А теперь идёмте, — сказал он, помогая Кануру перебраться через барьер. — Завтра нужно отдать эту склянку Орманару и отправляться дальше. Мне уже успел надоесть этот город.
Они покинули шатёр и направились в гостиницу, чтобы успеть выспаться.
Орманар и Риния играли в шахматы, когда в лавку вошли Сенегард и Хемила. Широко улыбнувшись, маг поднялся и с интересом оглядел эльфа и девушку.
— Ну как? — спросил он. — Удачно?
— Вполне. — Сенегард вытащил из-за пазухи и поставил на прилавок завёрнутую в тряпицу склянку.
— Те-те-те. — Орманар поспешно схватил её и спрятал. — Не стоит афишировать подобные артефакты. Сейчас я проверю, что вы принесли. Подождите здесь, — он вышел в соседнюю комнату, не забыв, уже будучи на пороге, бросить: — И не пытайтесь сбежать.
— Очень надо. — Хемила презрительно скривилась.
— Вы действительно достали? — прошептала Риния.
— Да, не беспокойся, — эльф кивнул. — Всё по-честному.
— Но это было нелегко, должна я тебе сказать, — заметила Хемила. — Я не раз перепугалась до смерти.
— Вы мне обязаны всё рассказать, — заявила Риния, подозрительно оглядывая обоих.
— Хорошо, но не сейчас. — Сенегард оперся на прилавок. — Разберёмся сначала с этим делом.
В этот момент из комнаты показался Орманар. Лицо его сияло.
— Прекрасно! — провозгласил он, потирая руки. — То, что надо. Подумать только: кровь единорога! Без обид, ладно? — добавил он, обращаясь к эльфу.
— Конечно, — кивнул тот.
— Итак, девушка свободна, склянка у меня, — подвёл итоги Орманар. — Подробности того, как вы её добыли, меня не интересуют, скажите только одно: никто не придёт сюда, чтобы отомстить мне?
— Нет, — заверил его Сенегард. — Нас никто не видел, а Намир и его помощник мертвы.
— Чудесно! — Орманар просиял и сделал рукой в воздухе какой-то замысловатый знак. — Выход свободен, — сообщил он с улыбкой. — Можете идти.
— Было приятно познакомиться, — сказала Хемила с иронией.
— А мне-то как! — заверил Орманар, причём вполне искренне. — Между прочим, куда вы направляетесь?
— Какая разница? — спросил эльф холодно.
— Ну, просто я подумал, что раз вас аж целых трое, значит, у вас есть какая-то цель, — маг пожал плечами.
— И что?
— Возможно, я смог бы вам помочь, только и всего.
— Ты уже помог, и мы тебя отблагодарили, — отозвался Сенегард.
— Но хороший маг в путешествии никогда лишним не бывает.
— Что за альтруизм? — резко спросила Хемила.
— А кто говорит о нем? — Маг искренне удивился. — Нет-нет, я предлагаю вам купить мои услуги, и по хорошей цене.
— А конкретнее? — спросил Сенегард.
— Ну, скажем, есть и другие артефакты, которые мне бы хотелось иметь.
— Нам это не подходит, — эльф отвернулся и сделал шаг к двери. — Мы не можем терять время.
— Не можете или не хотите? — поинтересовался Орманар.
— Не хотим, — отозвался эльф.
— Значит, это твоё дело?
— Возможно. И что дальше? — Сенегард обернулся и воззрился на мага.
— Никто не говорит о том, чтобы отвлекаться от основного пути. — Орманар оперся кулаками о прилавок. — Но скажите, куда вы направляетесь, вдруг нам по пути?
— Мы едем в Янакато, — ответил Сенегард, подумав.
— Отлично! — Орманар ударил в ладоши. — Мне как раз туда.
— Зачем? — подозрительно спросил эльф.
— Ну, раз уж мы начистоту, — маг потёр подбородок. — Я хочу найти Проклятые Доспехи эльфов. Говорят, они в горах Ами-Цишгун.
Сенегард делано усмехнулся, но Риния почувствовала, как он напрягся.
— Никто не может отыскать их, человек, — сказал эльф равнодушно. — Кроме того, их не существует, это только легенда.
— Ну, тебе виднее, конечно, — легко согласился Орманар. — Но я хочу попытаться. Итак? Берете меня с собой?
Некоторое время в лавке царила тишина, наконец Сенегард кивнул.
— Ладно, — сказал он. — Договорились.
— Отлично. — Орманар вышел из-за прилавка и протянул эльфу руку.
Тот помедлил секунду, но пожал её.
— Когда выступаем? — спросил маг.
— Завтра. На рассвете.
— Я буду готов. Где мы встретимся?
— За городскими воротами.
— Какими?
— Северными. Через них мы вошли в Сафир.
—До завтра. — Орманар помахал рукой.
— До завтра, — отозвались хором Сенегард, Риния и Хемила и вышли из лавки.
— Зачем ты согласился? — спросила Риния, когда они были в паре кварталов от неё.
— Он прав: хороший маг в дороге пригодится. Да и доспехи с ним найдутся легче. А поделить их, — эльф потрогал эфес меча и усмехнулся, — мы всегда сумеем.
В Сафире была глубокая ночь. Даже стражники начали клевать носом. В гостинице, где остановились путники, не горело ни одно окно. Несмотря на то что они заказали три номера, один пустовал: Риния ночевала в комнате Сенегарда.
Обнажённое по пояс тело девушки белело в темноте, хотя не так, как тело эльфа. На столике возле изголовья лежали купленные в Сафире платье и кулон. Вокруг царила полная тишина, только время от времени поскрипывали стропила здания да с улицы доносилось едва различимое пение одинокой цикады.
И вот в темноте золотой кулон Ринии начал потихоньку светиться — это медленно разгорался вправленный в золото аметист. Через несколько минут из него вытянулась бледно-фиолетовая энергетическая нить, за ней другая, третья. Постепенно образовался целый пучок длиной около полутора футов. Тогда нити начали изгибаться, одновременно продолжая удлиняться, пока не коснулись обнажённой руки спящей Ринии. Тотчас они приобрели зеленоватый оттенок и поползли по коже, подбираясь к животу девушки. На конце пучок расщепился и теперь походил на светящуюся гидру, шевелящую головами.
Энергетические нити проникли в плоть Ринии и разошлись по телу, прощупывая каждый сантиметр её тела. Наконец они нашли то, что искали. Зашитый в девушку металлический паучок ожил и зашевелил ланками. Риния слабо застонала, словно увидела дурной сон, но не проснулась — аметист позаботился об этом.