23-1
- Ммм, - веки словно налились свинцом, совсем не желали подниматься, несмотря на резкое и крайне неприятное пробуждение. Ощущение было такое, будто кто-то натянул до предела волосок и теперь тренькает на нем как на струне. Мерзко, с оттяжкой, очень больно. Во рту стоял уже знакомый кисловатый привкус.
- Ай! Да какого…? - Лена так и подскочила, подстегнутая новым приступом мигрени, словно загнанной в висок раскаленной иглой. И почти сразу поняла, что обычная головная боль тут совсем не при чем. Медальон нагрелся и таинственно мерцал под рубашкой. Границу, окружающую полянку, словно безжалостно прижгли тлеющей сигаретой.
Девушка сползла с лавки и побежала к двери, попутно бросив взгляд в окно: рассвело, краешек солнца показался над деревьями. Значит, тварь пожаловала не собственной персоной, а всего лишь кто-то из ее холуев. Это придало Лене сил. Мелкое вонючее отребье до сегодняшнего дня разбиралось на составные части само по себе, стоило только девушке его заметить. Но по пути все же топор прихватила.
Йохана, ожидаемо, не было ни в доме, ни на поляне, как и его вещей. Зато было оно. Маленькое гниющее тельце, собранное из грязи и прелого подлеска, оказалось гораздо ближе, чем Лена могла ожидать, совсем рядом, в тени за поленницей. Граница, продолжающая причинять девушке боль, почернела и словно обуглилась в нескольких местах. То ли существо бродило туда-обратно, то ли их было несколько.
Лена покрепче перехватила топор и угрожающе подняла его над головой.
- Проваливай, - стараясь говорить как можно уверенней произнесла девушка.
Существо, однако, исчезать не торопилось. Оно лишь прижалось сильнее к земле, притаилось в тени, и разваливаться на кусочки явно в ближайшем будущем не планировало.
Лену потихоньку охватывала паника. Быстро оглянулась по сторонам, отступила к двери и прижалась к ней спиной, по-прежнему держа топор занесенным. Предыдущий опыт показывал, что главная тварь боится света и в присутствии других людей, например, Йохана, не показывается вообще. Мелкие же держались в тени и просто рассыпались, стоило ей обратить на них внимание. В этот раз что-то изменилось. Помимо привычной уже гнили и разложения, щедро источаемой существом, Лена смутно ощущала что-то отдаленно напоминающее его чувства. Например, злорадное, дикое, нечеловеческое злобное удовольствие, от которого девушка нервничала все сильнее.
- Проваливай, а то спалю! Топора не боишься - будет факел, - у порога Лена углядела валяющийся полусгоревший факел и, потянувшись к нему, ногой сумела пододвинуть поближе.
Тварь явственно зашипела и, помедлив, рассыпалась-таки на куски.
Девушка слегка перевела дух. Подняла факел, окинула взглядом опустевшую поляну и, пятясь, вернулась в дом. Зажигать его средь бела дня - просто расточительство. Но, с другой стороны, идти не вооруженной за новыми дровами и лучинами к поленнице, где до этого пряталась тварь, было бы откровенно глупо. Лена, поразмыслив, занялась восстановлением своего единственного действенного оружия - обмакнула ветошь в масло и крепко примотала к почерневшей палке. Лучше, чем ничего. Топор на всякий случай тоже оставила под рукой.
Девушка, нахмурившись, изучала запасы провизии и средств обороны на случай осады. Не густо, но в ближайшие пару дней от голода и темноты она не умрет, а дальше видно будет. Неплохо было бы еще границу проверить - смущали черные проплешины, оставленные незванной гостьей. И лучше, если бы тварь была одна.
- Ай, да чтоб тебя! - в висок словно вонзилась длинная стальная игла. Лена, прихватив топор и незажженный факел, поспешила на выход.
Так и есть: у кромки леса в дальней стороне поляны под сенью деревьев стояла маленькая смердящая куча земли и опарышей и - хоть у него и не было лица - девушка могла бы поклясться, что злорадно улыбалась. Очередная темная мертвая проплешина появилась на сияющем круге границы. Существо рассыпалось на части, не успела Лена даже сойти с крыльца.
Девушка окинула внимательным взглядом лес. Тихое, солнечное, почти летнее утро. Денек обещал быть жарким. Где-то далеко негромко звенела река. Степенно переговаривались деревья, полоская ветвями кристально-голубое небо. Никаких других движений или подозрительных звуков.
Лена, крадучись и поминутно оглядываясь добралась до поленницы. Набрала полную корзину дров и, отдуваясь, потащила ее в дом. Оглянулась на пороге и вздрогнула. У засохшего сада, едва возвышаясь над травой, виднелось очередное порождение чьей-то злой воли. Поняв, что его обнаружили, существо медленно поползло к границе, намереваясь, очевидно, сделать в ней новую дыру.