Каменный пол покрывал шелестящий ковер из упитанных тараканов, разъевшихся на «снежках» из попкорна и кондитерском бисере. Ад похож на Флориду в том смысле, что здешние насекомые никогда не умирают. Благодаря влажному жаркому климату и собственному бессмертию тараканы в аду вырастают до невероятных размеров, подходящих мышам или белкам. Бабетта увидела, как я скачу на одной ноге, поджимая другую, как аист, чтобы не наступать на тараканов, и задумчиво произнесла:
– Надо будет добыть тебе туфли на каблуках.
Даже Паттерсон в своих крепких наплечниках под спортивной футболкой дрыгал ногами при каждом шаге, насаживая на стальные шипы своих бутс слои раздавленных тараканов. Уставший от мира бунтарь Арчер тоже приплясывал на ходу, звенел хромированными цепями на одном ботинке и постоянно поскальзывался на расплющенных насекомых. И только Бабетта, хотя ее поддельные туфли уже разваливались на части, спокойно шагала на каблуках, как на ходулях, возвышаясь над тараканьим ковром.
Опередив всех остальных и растолкав локтями толпу посетителей, Бабетта подошла то ли к стойке, то ли к высокому длинному столу у дальней стены. За столом стояли в ряд демоны – видимо, здешние клерки. Она швырнула на стол свою поддельную сумочку «Коуч» и обратилась к ближайшему демону:
– Привет, Астралот!
Бабетта достала из сумки шоколадный батончик «Биг Ханк», положила на стол, пододвинула к демону, наклонилась к нему и попросила:
– Дай нам бланк A137-Б17. Сокращенную форму. Для апелляции и поиска по архивам. – Она дернула головой в мою сторону и добавила: – Для нашей новенькой.
Да уж, Бабетта решительно взялась за дело.
Воздух в приемной был таким влажным, что каждый мой выдох буквально зависал перед лицом белым облачком, от чего сразу запотевали очки. Под ногами похрустывали тараканы.
Да, это несправедливо, но мои мама с папой всегда были рады меня просветить и сообщить самые грязные подробности всякого полового сношения или фетиша. Другим девчонкам в тринадцать лет дарили тренировочные бюстгальтеры, а моя мама предлагала купить для меня тренировочную диафрагму. Родители охотно рассказывали мне о птичках и пчелках, а также о стимуляции мужских яиц языком и губами, анилингусе и трибадизме, но ничего не говорили о смерти. В лучшем случае папа заставлял меня пользоваться увлажняющим солнцезащитным кремом и зубной нитью. Если они вообще задумывались о смерти, то лишь на самом поверхностном уровне, как о морщинах и седине древних старцев, у которых уже истекает срок годности. Похоже, они были твердо убеждены, что если ты регулярно ухаживаешь за собой и борешься с признаками старения, то смерть никогда за тобой не придет. Для моих родителей смерть была закономерным – хотя и прискорбным – результатом плохого ухода за кожей. Не следишь за собой – значит, катишься по наклонной. Пренебрегаешь скрабами для лица – значит, точно умрешь.
И пожалуйста, если вы все еще пребываете на стадии отрицания, едите полезные для сердца куриные грудки без кожи с низким содержанием натрия, если совершаете долгие пробежки на беговом тренажере и ужасно довольны собой, то не делайте вид, будто вы большие реалисты, чем мои долбанутые родители.
Только НЕ ДУМАЙТЕ, что я скучаю по жизни. КАК БУДТО я стала бы сокрушаться, что не вырасту, не повзрослею, что ежемесячно из моей женской дырочки не будет хлестать кровь, что я так и не научусь водить автомобиль, работающий на ископаемом топливе; не буду ходить без родителей или опекунов на дурацкие фильмы с рейтингом R и пить пиво из кегов, не потрачу четыре года на то, чтобы получить никому не нужный диплом по истории искусства, и никто из мальчишек не зальет в меня сперму по самые уши, и мне не придется почти целый год таскать в себе огроменного ребеночка. Я прямо рыдаю – сарказм намеренный, – что пропустила все самое интересное. Какая досада! И нет, виноград вовсе не зелен. Когда я задумываюсь обо всей этой хрени, которая мне не досталась, я благодарю Бога за тот передоз.
Вот, я снова сказала слово на букву «б». О, боги! Ну, убейте меня.
Как выясняется, дело о моем проклятии было утеряно. Или еще не пришло. Или его случайно уничтожили. Как бы там ни было, мне придется начать все сначала, пройти базовую проверку на детекторе лжи и сдать кровь на наркотики.
Бабетта, похоже, не такая никчемная, как мне раньше казалось. Она миновала многие бюрократические препоны и провела нашу маленькую компанию по лабиринту бесчисленных коридоров и кабинетов, подкупая клерков низшего звена шоколадками «Хершис» и фруктовой помадкой «Свит Тартс». Аду еще далеко до внедрения культуры безбумажного документооборота, так что здешние кабинеты по колено завалены направленными не по адресу бумагами, разорванными картонными папками, выброшенными за ненадобностью распечатками полиграфа, затвердевшими карамельками и тараканами.