По пути на тестирование Арчер провел для меня небольшой инструктаж: не скрещивать руки, не смотреть вверх или вправо. И то, и другое – явные признаки, выдающие ложь.
Мы заполняем бланк для апелляции, отдаем его клерку, потихоньку суем ему взятку, батончик «Кит-Кат», и Бабетта желает мне удачи. Она приобнимает меня, несомненно, оставив на спине моей кофты грязные отпечатки ладоней. Бабетта, Леонард, Паттерсон и Арчер остаются ждать в коридоре, а я захожу в белую комнату для проверки на полиграфе. Детекторе лжи. Демон надевает мне на руку манжету тонометра.
Вероятно, вы помните этого демона по классическому голливудскому шедевру «Изгоняющий дьявола», где он вселился в девочку, избалованную, умную не по годам дочь кинозвезды. К вопросу о дежавю. А теперь этот демон следит за моими глазами: не расширяются ли зрачки, выдавая нечестность с моей стороны. Демон наблюдает за показанием датчиков: не слишком ли я потею. Леонард говорил, что данный показатель называется «кожной электропроводностью».
Я говорю демону, что мне очень понравилась сцена, где он заставляет Риган, ту самую девочку, спускаться по лестнице, выгнувшись мостиком, и у нее изо рта хлещет кровь. Больше от нервов, чем из интереса, я спрашиваю у демона, был ли у него личный опыт вселения в людей. Снимался ли он в других фильмах? Получает ли какие-то денежные отчисления? Кто его агент?
Не отрывая взгляда от выползающей из принтера распечатки, от дрожащих иголочек, вычерчивающих на белой ленте бумаги кривые линии, демон спрашивает:
– Вас зовут Мэдисон Спенсер?
Контрольный вопрос. Для установки исходного уровня честных ответов.
– Да, – киваю я.
Подкрутив на аппарате какую-то ручку, демон уточняет:
– Вам действительно тринадцать лет?
Снова «да».
– Вы отвергаете Сатану и все его богомерзкие деяния?
Ну, это просто. Я пожимаю плечами.
– Наверное. Почему бы и нет?
– Пожалуйста, – говорит демон, – отвечайте только «да» или «нет». Это важно.
– Извините.
Демон спрашивает:
– Принимаете ли вы Господа как единственного истинного Бога?
Снова проще простого.
– Да.
– Признаете ли вы Иисуса Христа своим личным спасителем?
Не знаю, тут я не уверена, но все равно отвечаю:
– Да.
Иглы, выбивающие распечатку считаных показаний, чуть вздрагивают. Несильно, но все же. Сама я, конечно, не чувствую, что происходит с моими зрачками, но, возможно, они резко расширились. Последняя догма кажется очень знакомой, хотя я ее знаю точно не от родителей. Не сводя взгляда с чернильных волнистых линий, демон спрашивает:
– Являетесь ли вы ныне, а также являлись ли в прошлом практикующей буддисткой?
– Что?
– «Да» или «нет», – напоминает демон.
– А что, буддисты не попадают на небеса?
Пусть мои родители далеко не совершенны, но все их ошибки происходили не из-за каких-то умышленных злых намерений, и я чувствую себя настоящей предательницей, отрекаясь от идеалов, которые они так старательно мне прививали. Это извечная дилемма, кого предавать: родителей или Бога. А я просто хочу носить нимб и кататься на облаках. Играть на арфе.
Демон спрашивает:
– Вы верите, что Библия – единственно истинное слово Божье?
Я уточняю:
– Даже те совершенно безумные отрывки из Книги Левита?
Демон наклоняется ближе ко мне:
– Вы считаете, что жизнь начинается с момента зачатия?
Да, я мертва, у меня больше нет тела, а значит, нет никаких физиологических характеристик, но я все равно начинаю обильно потеть. У меня горят щеки. Зубы стиснуты. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки, напрягаются так, что белеют костяшки пальцев.
Я говорю:
– Да.
– Вы одобряете обязательную молитву в государственных школах?
Да, я хочу попасть на небеса – а кто не хочет? – но все-таки не настолько, чтобы превратиться в законченную скотину.
Что бы я ни ответила, эти крошечные иголочки будут дергаться, словно в припадке, реагируя либо на ложь, либо на чувство вины.
Демон спрашивает:
– Вызывают ли у вас отвращение половые контакты между людьми одного пола?
Я предлагаю вернуться к этому вопросу чуть позже.
Демон говорит:
– Будем считать, что «нет».
На протяжении всей истории богословия, объяснял мне Леонард, представители разных религий спорили о природе спасения, а также о том, как сподобиться святости: посредством добрых деяний или посредством искренней веры? Люди попадают на небеса потому, что они жили праведно и творили добро? Или же они попадают на небеса, потому что это предрешено… потому что они изначально хорошие? Но теперь этот подход устарел, говорил Леонард. Теперь вся система опирается на криминалистику. Проверки на полиграфе. Психофизиологические детекторы лжи. Анализ стресса по голосу. Придется также сдавать образцы волос и анализ мочи – в связи с новой политикой нетерпимости к наркотикам и алкоголю на небесах.