Иван стал крутить головой в поисках вдохновения.
– Цветы? – предложил Пётр. Его тоже охватил азарт.
– Точняк! Только где их взять посреди ночи? Доставку заказать? Только утром приедет, – Иван замолчал, и на секунду в ночи было слышно только стрекотание сверчков.
– Это вам что, не цветы? – Альвар ткнул пальцем в порядком одичавшие клумбы.
– То, что нужно!
Иван опустился на колени и стал рвать растения. Остальные берсерки бросились на помощь, по пути разбрасывая землю ботинками и оставляя следы на газоне. Когда в руках у них была огромная неопрятная охапка цветов, возник вопрос, чем её перевязать. Первым, на удивление, нашёлся Альвар. Он быстро расстегнул и вытащил ремень и в два оборота опоясал им нежные стебли.
– Вот, – довольный Иван протянул разношёрстную и благоухающую массу командиру. – Теперь иди.
Марк, который смотрел на садовые работы берсерков с улыбкой, тут вновь растерялся.
– Думаете, ей понравится?
Берсерки яростно закивали.
– Тут же главное – сам жест, символ. Ну, и ты от души, главное, скажи ей всё, что чувствуешь.
– И завалишь её. Потом всё расскажешь! Во всех подробностях, – снова гнусно улыбнулся Альвар.
Марк схватил букет, развернулся на каблуках и стрелой взлетел по ступенькам крыльца. Он взялся за ручку входной двери. И остановился.
Берсерки тоже замерли.
– Что случилось? – шепотом спросил Петр.
– Ничего не выйдет, – тоже шёпотом ответил Марк, не оборачиваясь.
– Да ё-моё, – начал кипятиться Иван. – Мы же выяснили: проклятье – это про людей, а ты – демон…
– Вот именно!
Командир развернулся и замахнулся, чтобы выбросить букет. Но в последнюю минуту остановился, взглянул на него и положил на перила.
– Я – демон, – повторил он. – Демоны – порождения тьмы. Самые злые и беспощадные существа в мире. Они навсегда связаны с тем мраком, из которого вышли, он их не отпускает. Поэтому в мире нет демонов, они все ушли в бездну Гиннунгагап. Даже моя мать, когда была беременна мной, иногда перемещалась туда и каждый раз возвращалась обезумевшей от страха. Андреас говорил, что к концу она практически сошла с ума от ужаса, но не могла ничего поделать, потому что демонская кровь в её теле – моя кровь – тянула её туда. И как только она родила меня, окончательно пропала – бездна забрала её.
Марк замолчал. Они стояли в гнетущей тишине.
– Но ты-то… – начал было Иван, но так и не придумал, что сказать дальше.
– Я – такой же монстр, как они. Я чувствую зов бездны. Она всегда рядом со мной. Помнишь Агнес на общем собрании? Я её тогда так возненавидел. И сделал так, чтобы она почувствовала бездну, увидела то, что я вижу во снах. Всего на секунду. Тот ужас чуть не убил её. А теперь ты хочешь, чтобы я обрёк на это Катарину. Я не знаю, сколько я пробуду в этом мире. Я существую на границе. Меня самого защищает магия Совета, они сделали всё, чтобы укрепить мою связь с землёй. Но я не могу так рисковать и обречь её на такой риск.
Он медленно спустился с крыльца, прошёл мимо берсерков и остановился у машины. Протянул руку к ручке и открыл дверцу.
– Да блин! – Иван вскинул руки. – Неужели ты лишишь вас обоих такого шанса просто из-за страха? Неужели Катарина не стоит того, чтобы ради неё нарушить дурацкие правила Совета?!
Марк болезненно нахмурился и, не говоря больше ни слова, сел в машину. Он ударил по газам, и внедорожник рванул по дороге, на их глазах пролетел закрытые ворота насквозь, не повредив старинной ограды. Командир использовал магию, чтобы сбежать.
– Эй, Марк! – что было сил крикнул Иван вслед удалявшемуся рёву мотора. – Ссыкло ты, Марк!
Он в отчаянии махнул рукой и принялся подниматься по ступенькам, взял букет – можно будет поставить в вазу – и толкнул дверь. Сзади него брели Альвар с Петром.
А впереди – на широкой лестнице – в глуповато-детской розовой пижаме стояла Катарина с котёнком на руках. Темнота, слава богу, скрывала её лицо.
– Привет, – буркнул Иван, забыв, что они уже здоровались этой ночью. – Ты чего не спишь?
– Заклятье тишины больше не работает, – тихо ответила она. – А вы так шумели. Не кричите больше, пожалуйста.
Опустив голову, она медленно поднялась к себе в комнату и прикрыла дверь.
Глава 25. Вёльва пожаловала
Иван снова проснулся разбитым. Глаза чесались, веки закрывались. Пока он шёл в ванную, потом на кухню, ноги заплетались и подкашивались. Хотелось верить, что всё это от переизбытка информации и впечатлений, а не ещё одно переставшее работать заклинание. Если настоящее тело будет уставать после ночных приключений, дела плохи. Иван задумался – как легко, играючи, ему удавалось совмещать две жизни. Охоту на нечисть по ночам и учёбу днём. Ну ладно, университет много времени не отнимал.