– То есть трое? – Иван решил ориентироваться лучше на видимое количество гоблинов, чем на сложные для восприятия имена. Что ж, на это Михай ещё может согласиться.
– Хорошо, а твои друзья нас теперь отпустят?
Ливк кивнул и обратился к гоблинам.
– Я скоро вернусь, не переживайте за меня, я постараюсь вас защитить. Вы пока спрячьтесь. Дайте мне неделю. Если я не вернусь, значит, они не сдержали обещание, тогда уходите, как мы планировали.
Гоблины стали медленно разбредаться. Иван понимал, что они залезают в дыры в стенах, ныряют в подвалы, но выглядело так, словно нечисть растворялась в полумраке старого завода. Возле дотлевающего костра остались берсерки и Ливк с его группой поддержки.
– Пойдёмте, – Марк вновь взял на себя роль лидера и двинулся к светлому прямоугольнику выхода. Вся странная группа последовала за ним.
–Ты молодец, правильно сделал, – Иван на ходу приблизился к Ливку.
– Обещаешь, что моих братьев больше не будут убивать? – Ливк смотрел прямо перед собой и продолжал хмуриться.
– Как раз это и будет обсуждать Совет, то есть я так думаю…
Перед глазами у Ивана встало воспоминание. Вот Андреас, глава Совета, хватает гоблина за горло, поднимает его и отдаёт приказ убить остальных. Иван замолчал и притворился, что отстал.
Во дворе они столкнулись с новой проблемой: всем не хватало места в машине, да и гоблины заартачились.
– Слишком много убийц, не буду с ними сидеть, – проскрипел один из них.
Марк оглядел команду.
– Так, Альвар, Пётр, отправляйтесь в штаб. Это на такси, – он достал из бардачка портмоне и бросил парням. – Мы поедем к гномам.
Иван придержал заднюю дверь для необычных пассажиров и терпеливо выждал, пока те поймут, как забраться в автомобиль. Сам же опять сел спереди.
Поездка выдалась странной. Марк, Иван и Ливк ехали молча. Каждый погрузился в свои мысли. Все трое время от времени бросали друг на друга напряжённые взгляды – глаза встречались в зеркале заднего вида. Зато гоблины получали удовольствие.
Поначалу насторожённые, через несколько кварталов они уже скакали по заднему сиденью словно ошалелые, царапали когтями кожаную обивку, на ходу перебегали от одного окна к другому и лапали грязными пальцами стекло. Иван заметил, как Марк морщится. Этот педант держал машину в идеальной чистоте. А гоблины пахли. Канализацией и болотом. Иван, уставший от этих ароматов, открыл окно. Нечисть потребовала того же. Это помогло и освежить атмосферу, и утихомирить пассажиров: оставшийся путь они проехали, высунув головы.
Михай, его жена и дочь ждали у дома. Остальные гномы подглядывали из-за занавесок.
– Тут планы немного изменились. С ним его братья, – извинился Иван перед бароном, подводя к нему Ливка. Марк к гномам не вышел.
– Разберёмся, не переживай, – Михай смотрел на гоблинов, гурьбой свалившихся с высокой подножки внедорожника. – Все мы одной бедой повязанные. Заходи в дом, друг. Накормим, напоим, спать уложим… Только сначала помоем. Да, брат, помыться не помешает.
– Спасибо, это на пару дней, пока дождёмся ответа от Совета.
– Ну-ну.
Непонятно, что Михай имел в виду, но Иван мог доверить ему Ливка: всё-таки враг его врага ему друг. Когда Совет согласится взглянуть на новообращённого человека, не нужно будет искать его по ночлежкам, столовым и коллекторам.
Иван поспешно вернулся в машину. Джип тут же тронулся с места. Теперь было на удивление пусто и тихо. Ехали вновь молча. Иван смотрел, как позади скрылись огни гномьего посёлка, а впереди разлился огонь рассвета. Когда проезжали мимо Лахта-центра, было уже совсем светло.
– Ты взял на себя большую ответственность, – вдруг начал Марк серьёзно. – Только ты и правда думаешь, что после тысячелетних войн Совет пойдёт на мирные переговоры и отменит охоту на нечисть? Зачем им это?
Иван уставился на командира. Тот ещё оптимист! Но он и сам с трудом верил в затею.
– Я всего лишь надеюсь, что они поймут: сейчас есть более опасный враг. А то, что гоблинов оставят в покое, это так – приятный бонус.
Честно говоря, ему было страшно. Страшно от того, что он может перестать быть берсерком и вернуться к скучной жизни, скучному университету и вечным придиркам отца. Страшно от того, что могут погибнуть сотни колдунов: Марк, Катарина, чёрт, да даже Марине он бы смерти не желал. А если не погибнут, то продолжат издеваться над нечистью, которую сами же и прокляли. И это тоже было страшно. С чего он взял, что сможет на всё это повлиять? Нет уж, пусть Совет сам разбирается, главное – их убедить. От страха у него всё равно сводило живот. Серьёзно, в животе крутило, бурлило и как-то странно щекотало. Иван приложил к нему руку и всё понял.