— Вы ждете ультиматума от ковена? — спросила Нарышкина, остановившись в шаге от скамейки.
— Ого, ультиматум? Мы в школе, и вы на меня обиделись? — усмехнулась Кристина, демонстрируя естественные, не подправленные магией зубы.
— Вы обещали уехать, — синие с фиолетовым отливом глаза презрительно прищурились в ответ, вызвав улыбку.
— Уеду, как закончу все свои дела, — ответила она, откидывая голову назад, подставляя шею солнцу.
— Насколько мне известно, офис уже сдан, а аренда квартиры истекает через неделю.
— Вот неделю еще и погуляю. Тут такой замечательный воздух.
Губы колдуньи сжались в линию, глаза сощурены, кулаки сжаты. Воздух вокруг задрожал, но она быстро взяла себя руки. Наблюдающая за всем этим Кристина мысленно подивилась вспышке. Где она — и где ковен, стоит ли так переживать из-за одного колдуна.
— Хорошо, чего вы хотите? — опускаясь на скамейку рядом, спросила Нарышкина и в ответ на ее удивление добавила. — Все чего-то хотят.
— Неужели мое присутствие вам настолько мешает? — с ленцой в голосе ответила Кристина, чувствуя, что начинает плавиться на солнце.
Нарышкина свела пальцы, сверкнув неуместно длинными и острым ногтями.
— Мы навели некоторые справки, — она многозначительно приподняла брови, но Кристина продолжала изображать мороженое в жару и не обратила на нее внимания. — Вы часто переезжаете, и там, где вы оказываетесь, пропадают люди!
— Все пропавшие так или иначе связаны с ковеном и пансионатом, — сладко потянувшись, она села и повернулась к колдунье. — То, что пансионаты продают данные о своих учениках, давно стало притчей во языцех, но продавать данные о клиентах — это особый вид свинства.
— У вас нет доказательств, — тут же откликнулась Нарышкина.
— Если вам удобно это отрицать, пожалуйста.
На другой стороне площади мелькнула знакомая машина. Сдвинув шляпу на затылок, Кристина не без удовольствия наблюдала за приближающимся мужчиной. Закинув ногу на ногу, она пожалела о невозможности касаться других людей. Но все же улыбнувшись, перевела взгляд на Нарышкину, желая ее позлить.
— Так чего ты хочешь? — спросила колдунья, на ее лице проявились старые замаскированные магией морщины.
— Слышала, вы набираете магов?
— Вы от этой привилегии отказались, — напомнила Нарышкина.
— Потому что не хочу быть девочкой на побегушках, — спустив очки на кончик носа, Кристина посмотрела в глаза собеседнице. — К тому же не хочу связываться абы с каким ковеном.
— Ваше желание вполне естественно, — смягчилась она, уловив наконец желаемую нить разговора.
— Из Вронцовского ковена к вам перешел некто Ржевский.
Едва появилась конкретика, как Нарышкина выпрямилась и заулыбалась, довольно потирая руки. Эх, если какой-нибудь из крупных и искусных ковенов когда-нибудь захочет завладеть их территориями или артефактами, город этого даже не заметит. Кристина пожалела, что не стала искать конкурирующий клан и не включила запись звука на телефоне. Как просто заманить их в ловушку.
— Мы часто принимаем колдунов из других ковенов, — сверкая драгоценным камешком в зубах, ответила Нарышкина. — А вы, если не ошибаюсь, сами когда-то окончили Вронцовский пансионат.
— Да, — ответила она, встретившись взглядом с Захаровым, что шел в тени здания, Кристина кивнула в знак приветствия, он шутливо отсалютовал в ответ. — Хочу встретиться с бывшим преподавателем. Он не стал бы присоединяться к какому попало ковену.
— Мы всегда рады оказать услугу коллеге по цеху, — запела соловьем Нарышкина. — Приезжайте к нам в пансионат в любое время. Быть может, нам еще удастся договориться.
От услышанного кулаки сжались сами собой, Кристина переменила позу, садясь повыше. Захаров скрылся в здании суда.
— Не сомневаюсь, но я бы предпочла встретиться с ним на нейтральной территории.
— Конечно, как вам будет угодно. Есть отличное место с прекрасной кухней и великолепными видами. Вам понравится, — легко согласилась Нарышкина и, оставив адрес, удалилась.
Развернув листок, Кристина прочла адрес и вбила его в поисковик. Дом находился далеко за городом. Судя по карте, дом большой. Может, там ресторан для богатых? От листка с адресом разило ловушкой.
Пока раздумывала, на девушку упала тень, и, вскинув голову, она улыбнулась Захарову.
— Как прошло?
— Сухарь закрыл дело Черновой. Морозова разыскивают как должника банка. Шаманы умерли в результате несчастного случая. Остается девочка Снежана Трубецкая. Поеду переговорить с ее бабкой, которая утверждает, что внучка никуда не пропадала.