— Эта уже десятая за две недели.
— Ты имеешь что-то против? — спокойно спросил я, хотя кто бы знал, чего мне это стоило…
— Мы нарушаем Большой Договор. Еще немного — и пойдут слухи.
— Усиль охрану и проконтролируй лично. Мне некогда заниматься еще и этим, — безразлично кинул я.
— Как скажешь, — угрюмо кивнув Эризан. Поднял тело и направился к двери.
— Есть какие-нибудь новости?
— Нет.
— Что значит «нет»? — взорвался я. — Задействованы лучшие поисковые отряды! А ты уже три недели кормишь меня байками о том, что они не в состоянии найти какую-то девчонку? Или мои приказы разучились исполнять?
— Ваше Величество, — подчеркнуто холодно ответил советник, — мы делаем все возможное.
— Значит, сделайте все невозможное! — Эризан молча кивнул и вышел.
— Идиоты! — сквозь зубы прорычал я. У меня в голове не укладывалось, как по истечении такого времени мы не обнаружили даже следа этой демоницы. Словно сквозь землю провалилась! «Каролина, что же ты наделала»? Этот вопрос я задавал себе снова и снова и не находил ответа. «Неужели я так в ней ошибся»? Пытаясь заглушить в себе боль, я в новь начинал искать ей оправдания, и, вновь не находя таковых, впадал в ярость, срываясь на всех, кто находился рядом. «Слепец! Влюбленный баран! Эта малолетняя пигалица обвела тебя вокруг своего прекрасного пальчика и бросила, когда ей надоело! Каждый взгляд, каждое слово, все — ложь. Такая же, как и все люди, эгоистичная тварь!». Скорей почувствовав, чем услышав чье-то присутствие, я, обернулся и увидел Лолу. На правах старого и проверенного неоднократно друга, а также по совместительству дочери одного из уважаемых мной князей Долины, она входила куда угодно, даже в мои покои, без приглашения. И сейчас, вальяжно раскинувшись в кресле, она внимательно изучала мое хаотичное передвижение по комнате.
— Король сегодня не в духе? — промурлыкала она.
— Лола, я не в настроении, поэтому пошла бы ты… погулять. Погода великолепная! — с издевкой предложил я, прекрасно зная, что от возможности прогулок под солнцем молодую вампирессу отделяет далеко не один десяток лет. Та, лишь скорчив гримасу, лениво протянула:
— Участились убийства.
— О, Боги, и ты туда же! Неужели я не могу расслабиться раз в сотню лет?
— Я не о Большом Договоре. Я имею в виду твой народ. Надеюсь, ты еще не забыл о том, что такой существует? — Удивленно посмотрев на нее, я спросил:
— Кто-то убивает вампиров? Это переселенцы из других миров со сверхъестественными способностями, которые позволяют расправляться на раз с расой, не уступающей в силе любой другой в Хортборге? Притом все это происходит на наших землях, — с сарказмом осведомился я, еще не до конца уверенный в том, что это не бред и Лола не пытается просто чем-то отвлечь меня.
— Нет. Вампиры всего лишь нападают друг на друга. Еще, я думаю, пару дней, и число жертв легко перевалит за сотню.
— Повтори, что ты сейчас сказала!
— Алекс, у нас проблемы, а ты ничего не видишь из-за этой человечишки! — с презрением ответила она. Мне понадобилось несколько минут, чтобы взять себя в руки и не разорвать ее. И то, не будь она моим другом, не известно удалось бы мне это. Всякое упоминание о Каролине просто выводило из себя. Раньше, постоянно сдерживая зверя в себе и пытаясь измениться, я загонял себя в жесткие рамки. С ее предательством рамок не стало, вернулся зверь, намного жестче и озлобленней, нежели раньше. Он хотел крови — только она на какое-то время заглушала ту боль и пустоту, что теперь сопровождали меня повсюду.
Лола выжидательно смотрела на меня. Ее ноздри яростно подрагивали, а сквозь губы пробивалось тихое рычание.
— Прости, наверное, ты права, — наконец, ответил я. — В последнее время мне тяжело собраться. — Вампиресса подошла, и, уткнувшись своей головкой мне в грудь, тихо сказала:
— Все наладится. Но у тебя есть долг, и ты не должен о нем забывать. Они, — она кивнула в сторону окна, — верят в тебя. В тебя верю я. Разберись сначала со своим государством.
Проведя рукой по ее шелковым, черным, как ночь, волосам, я нежно поцеловал ее в макушку и еще раз повторил:
— Прости.
— Куда ж я денусь! — улыбнулась она.
— Ну, раз так, тогда рассказывай, что происходит.
— Я лучше покажу, — грустно ответила она. Я лишь кивнул и без дальнейших расспросов пошел за ней. Проходя по замку, я замечал испуганную прислугу, которая замирала, опуская глаза, либо же вообще шарахалась в разные стороны при моем приближении.
— Что с ними? — спросил я, спускаясь по ступенькам, ведущим в темницу. Открыв дверь и пропуская меня вперед, Лола серьезно посмотрела на меня и спокойно ответила:
— Бояться испортить тебе настроение.
— Ты шутишь?
— Я одета в костюм шута? Что-то не слышу бубенчиков, — с издевкой ответила она, мотнув головой. Я пораженно застыл, переваривая услышанное. После свержения Лоссарха я всячески пытался отойти от его жестких методов правления. Запугивание и тирания никогда не применялись. Наоборот, я всячески старался показать, что каждый вампир равен, вне зависимости от его положения. Вновь восстановил ежемесячный совет, который запретил добравшийся до власти Лоссарх. К нему допускались все желающие, и они имели право голоса в обсуждении любого вопроса. Так что же произошло? Вспомнились недавний разговор с Эризаном и свое поведение. Мне стало противно. «Я превратился в самое настоящее чудовище!» — пронеслась отчаянная мысль. То чего я боялся на протяжении всего моего правления, начало осуществляться. Моя сущность стала подавляться безжалостным монстром, который всегда присутствовал во мне. Сначала угроза осуществления пророчества, а потом Каролина сдерживали меня, теперь же… И как бы я не пытался оправдаться и найти виновного, хорошо понимал, что во всем виновен сам.
— Алекс, — мягко сказала Лола. — Еще есть время. Выше нос!
— У меня на лице все написано, или ты смогла сломать мою ментальную защиту? — устало спросил я.
— Нет, слишком хорошо тебя знаю. Не надо думать, что ты хуже, чем есть на самом деле. Даже короли ошибаются.
— И что б я делал без тебя? — хотел улыбнуться, но, по-моему, хватило только на оскал.
— Это было бы ужасно! Ты только представь: никто не выносит тебе мозг, не хамит, не перечит, не дает пинка под… — заметив мой хмурый взгляд, она быстро добавила: — Одним словом — тоска! — Вампиресса обернулась и быстро скрылась в проходе подвала. Я шагнул за ней.
Проходя мимо пыточной и внимательно осматривая помещение, я старался понять, зачем здесь нахожусь. Свисающие цепи, столы, клетки, стулья и прочие изобретения, способные вытянуть необходимую информацию из любого, одиноко располагались по обе стороны зала. Лола, не останавливаясь, шла дальше. Я был удивлен, но не говорил ничего, интуитивно догадываясь, что мне предстоит увидеть. Молчаливо стоящая охрана поклонилась нам, пропуская в соседнее помещение. Первым, что бросилось в глаза, была небольшая клетка, сплавленная из чистого серебра, в которой, скрутившись и тихо постанывая, лежал молодой вампир. Обожженная кожа и лужа крови говорили сами за себя.
— Это было настолько необходимо?
Подозвав охранника, Лола спросила его:
— С каким промежутком происходят приступы?
— Каждые два часа — столько ему необходимо до частичного восстановления.
— Значит, еще около суток, — сама себе сказала вампиресса и, уже обернувшись ко мне, ответила: