Поворот в левый коридор открывал мрачную картину. Вдали, сквозь тьму, пробивался тусклый, ели заметный свет свечей. София торжественно воскликнула, что она может быть там. Даня же, будучи до основания напуганным, просто следовал за девушкой. Они миновали одну из комнат, но там была просто пустошь – ничего интересного. Соню заинтересовала именно дальняя комната. И она, придав своему шагу уверенности, упрямилась туда.
Комната выглядела обычно для такого места, если не считать обугленные свечи под стенами, и две свечи в центре комнаты, которые и отдавали свой невзрачный свет в коридорную тьму. Соня принялась изучать комнату.
‒ Чего ты делаешь? Ты же видишь, тут никого нет! Пошли, давай отсюда!
‒ Ты опять скулишь! Заткнись!
Девушка осматривала каждый уголок комнаты, освещая их фонариком. Но нигде не было прямых улик, которые доказывали бы присутствие здесь Маши. Единственное, что насторожило Соню, это следы на земле. На песке, если быть точнее. Под ногами у ребят, кроме мусора, было еще песчаное покрытие. Осветив его у себя под ногами, София обнаружила, что кто-то здесь перетаскивал что-то тяжелое.
«Может мешки», ‒ подумала она.
Следы выводили их из комнаты. Даня стоял рядом с девушкой, и старался ходить с ней нога в ногу. София ступала за следами на полу. Она вышла из комнаты, просвечивая себе фонариком путь. И только завернула за угол, как сразу почувствовала чье-то присутствие. Даня стал у неё за спиной. Перед ними стоял высокий, неуклюжей осанки, мужчина, с низко посаженным лицом и низким лбом. Одет он был в длинное одеяние, вроде балдахина, упомянутого ранее. На его плечах был сложен капюшон.
Лицо незнакомца источало необычайную ярость и злобу. Глаза уставились на подростков, и у них в мгновение подкосились ноги от этого взгляда. Даня стоял, остолбенев от ужаса. Мурашки застыли на коже, в ожидании того, что может случиться дальше. София не могла молвить ни слова. Её ноги прилипли к полу, а глаза от ужаса открылись так широко, что казалось, будто она ими сможет осветить себе путь на выход. Инстинкт самосохранения заставил Даню первым закричать во весь рот, и, крепко ухватив девушку за руку, бежать оттуда, что есть сил.
В отличие от случая с Кириллом, когда незнакомец в балдахине тоже преследовал ребят, сейчас же тип начал догонять Даню с Соней. Друзья бежали, не разбирая толком дороги. Фонариком он светил на голые стены подвала, пытаясь отыскать выход.
Дальше за поворотом следовал полый коридор с одним выходом наружу. Наверх вели ступеньки, такие же, как и в главном входе. Но, здесь было сломлено несколько ступенек. В панике Даня наткнулся светом фонарика на этот выход.
‒ Сюда! ‒ крикнул он Соне, крепко сжимая её руку.
Парень переступает ступеньку за ступенькой, а затем делает прыжок. Все, он на свободе! Девушка осталась стоять.
‒ Прыгай!
Соня бегом поднялась на две ступеньки, но на третьей она оступается и падает в пропасть, которая образовалась под лестницей. Расстояние между ступеньками здесь было небольшим, но обрушилось вниз сразу три ступеньки. Девушка с грохотом упала на обломки.
‒ Соня!!! Нет!!!!! ‒ со слезами на глазах, с болью в голосе крикнул Даня. Это было поражение. Полное фиаско для него. Ведь он пришел спасать девушек, а не терять их.
Незнакомец стоял ровно и спокойно перед лестницей. Даня же – у самого выхода. Тип постоял еще около минуты, точно так же яростно выедая парня взглядом. А затем, накинув капюшон на голову, удалился.
Даня нагнулся над пропастью. Девушка лежала плашмя на обломках с окровавленной головой. Парню на секунду показалось, что её уже не спасти.
‒ Блять!!! Боже, что же мне делать! ‒ дрожащим голосом спрашивал себя Даниил.
Руки тряслись от страха. Он поднялся со ступенек и вышел из подвала.
«Бля! Кира! У него мама в больничке работает! Надо звонить ему»
Даня взял телефон в руки. Не выключая фонарик, он стал искать номер телефона Кирилла. Слезы заполнили его глаза, он вытирал их, чтобы увидеть цифры в телефоне. Когда же все получилось, он поднес телефон к уху, и, слушая гудки, сполз по стене здания вниз.
В это время парень уже успел задремать. Он немного отошел от произошедшего на днях. Выпив еще пару таблеток успокоительного, Кирилла сморило в сон. Дремоту потревожил Даня.
‒ Привет! Слушай, срочное дело! Вопрос жизни и смерти, братан!
‒ Ты ничего лучше придумать не мог, чем звонить мне посреди ночи со своими тупыми выходками?!