Бывший Господин Главнокомандующий поймал на себе взгляд Хорея. В какой-то момент его губы расплылись в ехидной ухмылке, которая, тем не менее, быстро сползла с лица, когда плеча легонько коснулся мрачный Ноиль. Джесан мысленно закатил глаза.
В эти дни Ноиль сдался быстрее, чем за последние много лет. В его благородном сердце загорелся огонь в день, когда Лисвета Селлиус взошла на трон. Но с каждым решением Черной Королевы пламя тлело. Некогда нетронутое корыстью и властолюбием загнанное существо показалась наивному старику ангелом, посланным богами, чтобы вернуть Северу утраченную невинность и справедливость. Сегодня же перед ним стояла просто жестокая женщина, от хладнокровия которой бросало в дрожь. Словно дикая кошка, теперь она сама охотно гналась за своей добычей… А когда настигала ее, то не просто довольствовалась тихой смертью, нет, медленно отрывала от еще дышащей твари мясо и по кусочкам бросала в других, уверяя при этом, что кормит народ хлебом, а не падалью.
Да, возможно, члены совета откровенно недолюбливали Тиора за его чрезмерные амбиции и гордый нрав, однако Лисвета возвысила его, потому что полюбила. И глупец поверил, что женская привязанность все простит. Но вот, он здесь. Несколько минут разделяют его от гибели.
- Прошу тебя… - Голос дрогнул. Тиор слышал бешенный стук собственного сердца. Неужели все закончится именно так? Здесь? Сегодня? В этом забытом богами грязном подземелье…
Перед глазами мелькали разноцветные картинки. Как в замедленной съемке, на экране услужливой памяти нарисовалась та жизнь, которую они проживали в лесах Панриада, куда он однажды отправился на охоту со своим отцом. Лучшая дичь обитала в этих далеких местах. Семья Гигреев была достаточно богата, чтобы позволить себе путешествие. Тогда все и началось… В тот день молодой человек отбился от проводников и заблудился в лесу. Бесцельно бродя по заросшим тропам, Тиор почти отчаялся, когда встретил красавицу... Ее черные волосы развивались на вольном ветру. Он видел нечто подобное много раз, но сейчас дух захватило от привкуса свободы в потрепанной темной копне.
Незнакомка плакала, облокотившись на старое ветвистое дерево. Несколько минут он стоял, как вкопанный, боясь испугать ее своим вмешательством. Но любопытство победило сомнения: юноше не терпелось узнать, какие проблемы могли обрушиться на столь юное и прекрасное создание. Когда он приблизился к ее склоненному силуэту, она, вопреки его ожиданиям, не испугалась. Не закричала, как это делали благородные дамы при виде незваного гостя, фальшиво смущаясь мужского пола, а в тайне мечтая в тот же вечер им овладеть. Черноволосая девушка лишь подняла на него заплаканное лицо. В момент, когда его взгляд встретился с ее огромными ярко-синими глазами, ему показалось, что впервые в жизни увидел в человеке звездное небо…
Лисвета стояла, как истукан, пристально разглядывая его черты. Годы помиловали его красоту, добавили лишь тонкую полоску морщинок вдоль изящного рта и подле глаз. И вдруг, как выпущенная стрела, сознание заставило ее встрепенуться. Какого цвета у него глаза? Нет, она не помнит. Но ей необходимо было это узнать!
Королева отделилась от вереницы слуг и направилась к приговоренному. Подошла вплотную, так что различался запах прелого тела. Медленно наклонилась, заглядывая в испуганные зрачки.
- Любимая, пощади… - Его губы шептали, а сердце дрогнуло от разрастающейся надежды.
- Серые. Ну конечно… какими им еще быть? – Лисвета пробормотала себе под нос, поджимая губы. Серые, как дождливое утро.
- Лисвета… - Тиор поднял умоляющие глаза, демонстрируя королеве все оттенки безысходности, которая настигла его, когда их взгляды встретились. Что-то оборвалось. Там, где раньше горели звезды, теперь пылала зыбкая пустота. Бездонная дыра затягивала любого, кто посмел бы туда заглянуть. Он итак балансировал на краю слишком долго. Пришел час заплатить по счетам.
Королева выпрямилась, и присутствующие вздрогнули от ее голоса:
- Пошевеливайтесь, господа. У меня осталось еще много дел, чтобы потратить на предателя все свое утро.
Стражникам не нужно повторять дважды. Они взяли под руки брыкающегося Тиора и потянули вперед.
В полуметре от них стоял огромный железный инструмент, который вращался по кругу под нажатием четырех сильных рук рабов. Звон ударяющихся друг о друга раскаленных шипов, гудел в ушах. Укол одного такого предмета был способен раздробить кость. Сложно представить, во что превратится человеческий череп, когда дюжина шипов сожмут его в своем губительном объятье.