- Возможно, ты прав… Возможно, ребенок действительно не при чем… Но мне он не нужен! Забери его с моих глаз долой, как только она назовет проклятое имя.
- Повинуюсь, Повелитель. Уверен, что она сегодня же Вам его назовет.
***
Малике прижимает маленький сонный комочек к своей груди. Когда он начинает постанывать от резких неосторожных движений носилок, Малике целует ребенка в лоб. Как по волшебству, он успокаивается и закрывает сонные глазки.
Мирза смотрит на нее с нежностью, от которой становится больно дышать. Желваки нервно подергиваются на шее, когда она поднимает на него измученный взгляд.
- Что теперь? Думаешь, я смогу его оставить на милость чужих людей?
- Милость чужих людей лучше, чем смерть – Мирза холодно смотрит на ребенка, переводя взгляд на сестру. Нет, ты не станешь подвергать себя опасности из-за бастарда. Я тебе не позволю.
- Я поговорю с Артезом. Он меня поймет.
- Нет, не поговоришь! Я не позволяю!
- Прости, но я не стану спрашивать твое разрешение. Я намерена поступить так, как подсказывает мне совесть – Малике вздернула подбородок, слегка отворачивая голову. Смотрит куда-то в даль. Дает понять, что не передумает. Прекрасно. У нее есть совесть, а он – тиран?! Но если бы не он, то ребенок достался бы в корм акулам. Об этом, для ее блага, будет лучше не знать. Иначе предположит, что этим фактом сможет склонить его на свою сторону.
- Артез ревнив. Он не согласится принять чужого сына, пока у вас нет своего ребенка. Ты знаешь об этом…
- Я нарожаю Артезу кучу детей, если Габриэль останется с нами – Малике насупилась, встречаясь с его хмурым взглядом: - Моего мужа я беру на себя. Это наше семейное дело. Тебя оно не касается.
- Значит, теперь при любом удобном случае ты станешь прятаться за спину мужа? Может быть, поэтому ты и вышла замуж, чтобы теперь постоянно им прикрываться?
- Может быть – Малике подняла бровь: - В любом случае тебе пора смириться с тем, что я могу принимать решения без тебя.
- Решения, которые приведут тебя к гибели? – Мирза отрицательно качал головой: - Никогда не смирюсь! Ты хоть представляешь, что будет, когда Шах поймет, что мы не отдали ребенка "куда подальше"? Он итак зол на тебя, ведь вы были подругами с Вереникой. Что было бы, если б она не назвала имя? Шах бы начал допрашивать и карать всех подряд. И ты бы попала под горячую руку в первую очередь.
- Я любила Царицу! Ясно тебе? – На глазах только что уверенной в себе девушки стояли слезы: - Она бы поступила так же. Она бы сделала для моего ребенка все, как и я для ее.
Малыш снова проснулся, испуганно глядя по сторонам. Малике приподняла его и положила себе на живот. И вот, она уже нежно мурлычет ему какую-то песню. Мирза смотрит на нее и не понимает, как из тигрицы его сестра с такой скоростью превращается в маленького котенка.
- Я защищу вас – Бормочет скорее себе под нос, потому что внимание сестры уже полностью сконцентрировано на ребенке: - И тебя, и Габриэля.
28
Снежная буря пришла с Запада. Настигла Оритон внезапно, на несколько недель раньше обычного срока. К утру следующего дня земля, укутанная золотом опавшей листвы, покрылась плотным слоем снега. Таким образом в Северном Королевстве наступила зима.
Лисвета Селлиус лежала в холодной постели, уставившись в потолок. Которую ночь сон бежал от нее, подгоняемый дурными новостями из города. Люди трактовали раннюю зиму, как предвестник чего-то плохого. Едва ли ее беспокоили глупые слухи. А вот тот факт, что в окрестных селах многие не успели собрать с полей последний урожай, вводил ее в ужас. Мрачные мысли подпитывал вполне обоснованный страх, что еды на всех не хватит.
Каждый раз в это время года Северным Землям приходилось по-настоящему нелегко. Милостью богов, они доживали до спасительной весны, когда в порт прибывали торговые корабли. Черная Королева из года в год пыталась придумать, что на этот раз они сумеют выгодно продать, чтобы получить взамен хлеба. Кусала губы от отчаянья, понимая, что, не смотря на самые обширные размеры, Север по факту в своем большинстве состоял из мертвой земли.
Сначала они вырубали леса, активно поставляя на Запад и Восток прекрасную древесину. В те дни она радовалась изобилию, как ребенок наслаждается первой заслуженной победой. Но теперь такая возможность осталась в прошлом.
Однажды, летом случился пожар. Сотни гектаров леса сгорело в считанные часы. Тысячи ее людей погибло в тщетных попытках победить стихию. Если совсем немного напрячь память, перед взором до сих пор оживают и проносятся горящие, словно живые факелы, тела черни, обмахивающие себя и деревья покрывалами, которые не тушили, а лишь раздували огонь сильнее. А потом едкий дым застилает глаза, когда нечеловеческие крики достигают своего апогея. Словно адское пламя дней грядущих вырвалось из недр земли и, как рыкающий лев, начало поглощать все, что вставало у него на пути. В тот день боги насладились кровью сполна, принимая импровизированное жертвоприношение, заглатывая несчастных людей прямиком в ад.