- Мороженное потом, хорошо, папа?
Дима кивнул. Отец с дочерью шли к машине, держась за руки. Наташа, наблюдавшая за ними из окна квартиры, подумала: «Мы престранно устроены, чтобы узнать чему-то цену, должны сперва потерять, потом изрядно помучиться, осознавая важность того, от чего в легкомыслии своём беспечно отказались.
А Димка, похоже, не плохой отец. Зря я его от дочери столько лет оберегала».
Звонок телефона, который Наташа, задумавшись, проигнорировала, настойчиво требовал обратить на него внимание. Ната нехотя сняла трубку, предчувствуя, чей голос сейчас услышит.
- Привет. Ты готова? Так я минут через двадцать буду?
После того, как не без Диминого участия, Николай решился-таки поухаживать за Наташей, он постоянно искал с ней встреч. Но очень боялся казаться навязчивым. Нату это и смешило, и раздражало отчасти.
Она, вообще, не могла разобраться в своих чувствах к Кольке, доброму, славному человеку, любить которого, казалось бы, должно быть так легко, а вот у неё не получалось. Возможно от того, что слишком уж его нерешительность контрастировала с Диминым снисходительным нахальством, которое, вопреки здравому смыслу, так нравилось Нате.
«Чем больше женщину мы любим, тем меньше нравимся мы ей»! Да уж, кто-кто, а великий Пушкин, в делах сердечных был сведущ.
Наташа не решилась отказаться от свидания. Может, она и не любила Кольку, но никогда ещё её жизнь не была столь насыщенной впечатлениями и любопытной информацией, как теперь. Николай ввёл Нату в круг своих друзей, она познакомилась с людьми мыслящими неординарно, живущими по своим правилам, совершенно не известной и недоступной ей ранее жизнью.
Сегодня намечалось посещение выставки молодого дарования в области художественной фотографии с последующим фуршетом для избранных. Николаю предстояло освещать событие в местной прессе.
У Наташи особого желания сопровождать Кольку не было, но раз не хватило духу решительно отказаться, пришлось ей срочно приводить себя в надлежащий вид. Незаметно для себя она увлеклась процессом прихорашивания и выбором платья. Появившийся слишком рано Колька, был отправлен с глаз долой, на кухню варить кофе. Возражать он не стал.
Аромат свежее сваренного кофе коснулся Наташиных ноздрей. Коля варил вкусный кофе, и это его умение в Натиных глазах дорогого стоило. Она взглянула на себя в зеркало и, решив, что достигла в своих усилиях совершенства, поспешила на кухню.
Похоже - она перестаралась. А может день выдался нынче такой, но Николай посмотрел на неё с неподдельным восхищением. Чашка дрогнула в его руках, он неловко поставил её на стол, а потом подошел и обнял растерявшуюся Нату. Она хотела отстраниться, но он, вдруг, не отпуская её, заговорил тихо и проникновенно:
Указала луна мне дорожку к тебе
Зыбкую.
Среди россыпи звёзд я бреду
За твоею улыбкою.
Я иду,
А на встречу мне
Воды талые,
В них сомненья твои,
Сожаленья мои запоздалые.
Плачет небо дождём,
Гром гремит,
Надо мной.
Насмехается.
Ну и что из того,
Что пока у меня
Мало что получается?
Смоют струи тугие
Серую пыль
Придорожную.
Всё возможно ещё.
Всё возможно!
Коля заглянул в широко распахнутые Натины глаза.
- Ведь возможно же? Да?- спросил, не отводя напряжённый, полный надежды взгляд.
Кто знает, не пожалеет ли она об этом однажды, но сказать «нет» Наташа не смогла.
Закрыв глаза, Ната позволила себя целовать.
Безнадёжно были испорчены макияж и причёска, измято платье. Остывал забытый кофе.
Молодое дарование так и не дождалось присутствия прессы на своей выставке.
Но что всё это значило в сравнении со счастьем, которое переполняло Николая.
Наташа тоже была счастлива. И ей вовсе не хотелось анализировать сейчас свои чувства к обнимающему её мужчине. Она уснула на его плече, приняв случившееся без терзаний и сожалений.
«Всё возможно ещё,- думала она засыпая.- Всё возможно».
Часть 4 (05.05)
****
Инга злилась. Её претензии к судьбе и людям, ставшими орудием безжалостного рока, были безграничны, и не важно что мало обоснованы.
Неудовлетворённость собственными обстоятельствами порождала зависть к тем, кто был на её взгляд незаслуженно обласкан жизнью.