Приглянувшегося ей мужчину Инга добивалась настойчиво, целеустремлённо, но для Димы совсем незаметно. Её бывший муж оказался бесхребетным ничтожеством. В Димином лице Инга подыскала ему замену. Она не давила на своего избранника, не требовала от него скорых решений. Зачем? Пусть ему покажется, что это он жаждет заполучить её в жены.
Инга умела ждать. Она плотно, но ненавязчиво заполнила собой Димино жизненное пространство. Всё случалось само собой, так естественно и приятно, что протестовать ему не хотелось. Дима и сам не заметил, как основательно привязался к Инге. Он по прежнему твердил себе, что свобода для него – главное, но с удовольствием переступая порог Ингиного дома, уже не был готов с лёгкостью уйти в никуда.
А вот в ночной клуб «Дриада» Дмитрий продолжал заглядывать. И, совсем, не ради игры. Его по-прежнему тянуло к Лике. Разумеется, что об этой стороне его жизни, тщательно ото всех скрываемой, Инга ничего не знала.
***
Влюбиться в проститутку, что может быть глупее и пошлее? Дмитрий не сразу понял, что его интерес к Анжелике выходит за рамки допустимого. Открытие сие он сделал в тот вечер, когда, придя в «Дриаду» чуть позже обычного, увидел Лику за работой. Она призывно щебетала на хорошем английском с мужчиной совсем не юных лет, который глаз не спускал с русской красавицы, предвкушая удовольствие от скорого более близкого общения с ней. Иностранец увёл его Лику. Дима смотрел им вослед, наливаясь злой ревностью, пока с отвращением не осознал природу возмутивших его чувств. На него словно вылили ведро холодной воды. Отрезвление было мгновенным и беспощадным. Спасаясь от себя самого, он поспешил покинуть клуб, дав себе слово больше никогда здесь не появляться.
Хотелось напиться, но одному пить тоскливо. Для Инги он всё равно сегодня в командировке, так почему бы не навестить старого друга Кольку. Да, пожалуй, ни с кем другим этот процесс не будет таким приятным. Колька не только составит компанию, не приставая с ненужными расспросами, но и внимательно выслушает, если захочется облегчить душу. Да, к тому же, давно не виделись.
Дима подумал о том, что Николай принадлежит к той породе людей, к которым не приходят в период взлёта, а приползают, свалившись вниз, ища поддержки у этого жизнерадостного неудачника, всегда довольного своими обстоятельствами.
- Привет, Николка.
- Димка! Привет дружище! Вот молодец, что пришёл. Проходи на кухню. Счас сообразим по маленькой.
- Ага, но пить сегодня будем серьёзно. Мне жизненно необходимо твоё живое участие в этом важном деле.
Дима одну за другой водрузил на кухонный стол две бутылки водки, колбасу, сыр, банку солёных огурчиков.
- Ладно. Я только картошечки по быстрому поджарю. Накрывай на стол. Тарелки, вилки, рюмки в шкафу, грибочки маринованные в холодильнике, лук под мойкой.
Колька жил один. Он никогда не был женат. Женщин боготворил и… сторонился. Работал в газете, считался ценным сотрудником, хотя карьеру так и не сделал. Работу свою любил. Мог легко сорваться с места и укатить за тридевять земель, если требовалось. На жизнь никогда не жаловался, радовался друзьям, гостеприимно принимая их на своей, хорошо оборудованной для этой цели, кухне.
Выпить Колька мог сколько потребуется, почти при этом не пьянея. Имел большой опыт, можно сказать профессиональный навык. За рюмкой коньяка, водки, виски у его визави легче развязывался язык, и горячие новости попадали журналисту в навострённые уши.
Над массивным деревянным столом свисала лампа в синем абажуре. Её не яркий спокойный свет располагал к долгим и приятным возлияниям, приправленным разговорами на разнообразнейшие темы. Хозяин много знал и видел, собеседника чувствовал, с ним легко и приятно было говорить.
Мягкие стулья с подлокотниками оказались на редкость удобными, Дима сидел у накрытого стола, с удовольствием вытянув перед собой ноги. Жарилась картошка на плите. Остывала водка в морозильнике. Тарелки и блюдечки с закуской соблазняли своим видом и ароматами.