Вздохнув, Марк позвал сестру.
- Оно не заговорит без тебя, Агна. Спроси, как можно остановить холеру, когда, наконец, небо сжалится и благословит нас дождём? Это испытание неспроста нам послано, иначе я бы уже справился и с хворью, и с засухой.
Агна положила руку на холодную поверхность, Марк накрыл её своей. С минуту ничего не происходило, а потом зазеркалье ожило и втянуло их в себя.
Этого места не могло быть на Земле, здесь не существовало привычного времени и пространства, размытые краски и нечёткие линии изменчивых декораций пребывали в постоянном движении, пока Марк не догадался остановить их мысленным приказом. И тут же, они оказались на Желтой поляне. Вот только удушливые цветы с неё куда-то исчезли. Между вековых дубов желтела только пожухлая трава, примятая льющимся с неба дождём. Не дождём - спасительным ливнем, который, не утихая, шумел по жадно тянущимся к нему листьям кустов и деревьев. Тяжёлые капли стучали по пересохшей земле, и не было в мире ничего прекрасней и желанней, чем эта животворная музыка.
А потом появился Он. Тот, кто из жизни в жизнь всегда находился с ними рядом : оруженосец князя Яноша, не сумевший скрыть от боготворимой им княгини интимные забавы своего легкомысленного хозяина; влюблённый в свою мачеху единственный сын колдуна Лития, ставший невольной причиной её смерти; безгранично преданный своим любимым внукам Поль Босье.
У Поля Босье скатывались по щекам дождинки. Или это были слёзы? Он обнял растерявшихся внуков, прижал к себе.
- По стебельку, цветок за цветком, сорвите жёлтые цветы скорби. Исчезнет Желтая поляна, уйдет с вашей земли напасть, ниспосланная небом. Вот только скорбь - она войдёт в вас, и такой боли сердцу не выдержать. Вы можете жить сами, вам отмерены долгие дни. Или, ценой своих жизней, подарить жизнь другим. Только вам это решать.
Они спросили и получили ответ. Реальность вновь теряла очертанья. Зазеркалье закружило Агну и Марка и … вытолкнуло в их привычный мир.
Они стояли и смотрели друг на друга. Он понимал, что их ждёт. Она не до конца. Хотя…
- Князь Литий и госпожа Мора- это тоже мы с тобой?
- Да. Нам предстоит срывать воспоминания. Самые ужасные из наших жизней. И пережить самим ту боль, что причинили когда-то людям. Тебе не страшно?
- Страшно. Но я не оставлю тебя одного. Ведь ты пойдёшь?
- Пойду. Пора остановить череду бессмысленных рождений.
- А если у нас не хватит сил, и Желтая поляна убьёт нас раньше, чем будет сорван последний цветок?
- Я ведь колдун,- улыбка у Марка вышла слишком уж грустной.- Да и ты, в своё время не чуралась магии. Когда все уснут, приходи в Мерцающую башню, до рассвета мы сумеем себя подготовить. Мы справимся, Агна, я тебе обещаю.
Часть 4 (10.05)
****
Он почувствовал её приближение и вышел навстречу. Ночь только вступала в свои права, зажигая первые звёзды в высоком безоблачном небе. Даже у этих древних стен сумрак ночи ещё не сгустился, и фигура Агны четко вырисовывалась под сводом вековых деревьев, верных стражей Мерцающей башни.
- Знаешь,- Агна подошла к ожидающему её брату, - я с детства чувствовала, что принадлежу не себе, а вот этой самой башне. Замужество виделось мне нелепой ошибкой. Я не хотела выходить за Стефана.
- Ты и сейчас так думаешь?
- Смысл того, что с нами происходит, трудно оценить на достаточно близком расстоянии. Любовь Стефана разбудила во мне женщину, без него я бы её в себе никогда не почувствовала. Вот только, детей жалко. Им расти без матери. Марк, мне страшно. Очень страшно!
Как ни странно, но он завтрашнего дня не боялся. Пока не боялся. Ведь всё это случиться с ними лишь завтра.
А вот сейчас князь Марк собирался предпринять нечто, невыразимо смущающее его дух, но, при этом, на его взгляд, абсолютно необходимое.
- Агна, чтобы нам завтра не погибнуть зря, в наших сердцах не должно остаться ни обид, ни ненависти. И не умом нужно простить друг друга, а сердцем.
- Я бы хотела, но боль не отпускает, обида по-прежнему гложет.
- Давай отправимся по реке времени против её течения, к истокам нашей истории. Нет, изменить мы ничего не сможем. Но это позволит лучше понять друг друга. Потому, что ты увидишь всё моими глазами, а я испытаю твои терзанья.
- Сложный способ объясниться. Но, похоже, и единственный. Я не против, давай попробуем.
Они смотрели в глаза друг другу, а между ними разгорался, набирал силу колдовской огонь. Пламя не обжигало протянутые через него руки. Пальцы мужчины и женщины переплелись, огонь ярко вспыхнул, и поток времени подхватил две истерзанные души, относя их в ту изначальную точку, что на многие века определила им злые судьбы.