— Он мне не отец, — тихо призналась Кэрол, отстраняясь от него.
— Значит, правда?
Вместо ответа она тихо всхлипнула, теребя край юбки.
— Так показал анализ ДНК. Мы совсем недавно узнали об этом.
Тяжело вздохнув, Джек включил зажигание.
— А я что тебе говорил? А ты еще меня обсмеяла. У меня глаз — алмаз и потрясающая интуиция, и они никогда меня не обманывают.
Кэрол промолчала. Грустно наблюдала она за проносящимися мимо машинами, и вдруг спохватилась:
— А куда мы едем?
— А куда ты хочешь? — улыбнулся ей нежно он.
— Отвези меня, пожалуйста, куда-нибудь, где я могла бы переночевать. Завтра Рэй протрезвеет, и я вернусь домой.
— Ты уверена, что тебе стоит возвращаться, пока Куртни не приедет? А если он опять начнет приставать?
— Нет, не думаю. Сегодня он просто был пьян.
— Ну, и что с того? Что у трезвого на уме, то у пьяного…
— Нет. На самом деле он неплохой, добрый. Не знаю, что на него нашло… Это все из-за того, что он выпил много.
Джек неожиданно рассмеялся.
— Ну-ну! — усмехнулся он.
Кэрол покраснела и подавлено опустила голову.
— Может, ты не понимаешь, — резко заметил он, — но он чуть тебя не изнасиловал! И изнасиловал бы, если бы не я. А ты мне здесь доказываешь, какой он хороший! Противно слушать! Если он «неплохой» и «добрый», что же ты сбежала? Может, отвезти тебя обратно?
Кэрол отрицательно качнула головой и отвернулась, прикрыв лицо ладонью, чтобы скрыть слезы.
— Ладно, извини, я не хотел быть резким. Только ты неправа. Он — подонок, который хотел над тобой надругаться. Хороший человек даже в нетрезвом состоянии не сделает такого. И я хочу, чтобы ты это поняла. Ты не должна больше рисковать и возвращаться туда. Если он осмелился на это, он повторит попытку. Ты должна позвонить Куртни и все рассказать.
— Рассказать Куртни? Ты представляешь, как больно ей будет об этом узнать? Нет. Я потерплю. Совсем немного осталось. Она уже покупает для меня квартиру, и я скоро смогу уйти.
— Значит, он и раньше тебя домогался? И Куртни об этом знает?
— Нет, до сегодняшнего дня все было в порядке. Просто мы с ней знаем Рэя, какой он легкомысленный и любвеобильный, и решили не испытывать судьбу.
Джек покачал головой, но Кэрол не поняла, что он хотел этим сказать.
— Что ж, смотри сама. Ты уже взрослая девушка.
Кэрол отвернулась и уставилась в окно. По щекам бежали слезы, и она не могла их остановить. Глубокая обида на Рэя отзывалась в сердце ноющей болью. Никогда она не думала, что он может так с ней поступить, так обидеть. Она любила его. Как теперь к нему относиться? Ненавидеть?
Неужели она снова теряет того, кто стал дорог ее сердцу? Кто виноват в этом — Рэй, или она? Может, она спровоцировала его, ввела в заблуждение? Ведь ей на самом деле иногда казалось, что она немного в него влюблена, может, действительно что-то такое отражалось в ее глазах? Может быть, он не хотел ее обижать, а просто решил ответить взаимностью, уверенный в ее чувствах и желаниях, считая, что протесты ее вызваны только любовью и благодарностью к Куртни?
Чтобы не говорил Джек, Кэрол не верила в то, что Рэй способен намеренно причинить ей боль. Джек судил по тому, что видел, и на его месте она сама, наверное, подумала бы о Рэе самое плохое. Но она знала Рэя не один день, знала, что он по-своему любит ее, и это давало повод сильно усомниться в его намерении сознательно причинить ей зло.
Кэрол, не знала, что думать. Она запуталась.
Ясно одно — так, как раньше, никогда не будет. Все рухнуло, прежние отношения с Рэем уничтожены. Он и Куртни больше не ее семья. У нее нет семьи. Только бы не потерять Куртни. Это в данный момент было для нее самым важным. К черту Рэя! Нельзя допустить, чтобы из-за него у нее разладились отношения с Куртни. Если Куртни возненавидит ее, если по ее вине Куртни будет страдать — Кэрол не простила бы себе этого. Ради Куртни она готова была на все. Если бы Куртни сказала ей — умри, она бы умерла. Ее преданность и преклонение перед этой женщиной были безграничны. Куртни подарила ей не только жизнь, похожую на сказку и дала дорогу в будущее — она подарила ей чувство собственного достоинства, заставила поверить в то, что она не хуже других, не отбросок общества, отвергнутый и презираемый всеми, что она достойна уважения и любви. Благодаря Куртни, в ее разрушенном и черном внутреннем мире появился свет, он стал заново возрождаться. Куртни сделала из нее человека, личность, из загнанной замухрышки превратила в красивую ухоженную женщину, научив тому, чему может научить только женщина, чему должна была научить ее мать.