Уткнувшись в окно, она за весь день больше не произнесла ни слова.
Мэтт тоже не стремился завязать разговор.
Куда они едут, зачем? Когда она уезжала, она знала. А теперь — нет.
И только вечером, когда они устроились в очередном мотеле, перед тем, как заснуть, Мэтт прервал затянувшееся молчание.
— Все это не имеет значения. Думала ли ты обо мне все эти годы, как жила, с кем встречалась, зачем решила меня найти — все это теперь не важно. Мы любим друг друга сейчас, мы муж и жена, мы вместе — вот это главное. Я не хотел тебя обидеть. Прости за то, что ударил. Этого никогда больше не повторится. Обещаю. Только не обманывай меня, никогда. Этого я натерпелся от бывшей жены.
Он обнял ее и поцеловал в висок.
— Ну, что — мир?
— Мир, — тихо откликнулась Кэрол пустым безжизненным голосом.
Он прижался к ней сзади и погладил стройное бедро. С тихим прерывистым вздохом потерся об упругие нежные ягодицы, но девушка вдруг отодвинулась.
— Я устала.
Она чувствовала, как он прожигает ее взглядом, не двигаясь, но все равно не повернулась. Закрыв глаза, она почувствовала, как проваливается в черный пустой сон. Последнее, что она слышала — это как он с силой откинулся на спину, а потом сердито отвернулся.
Утром ее разбудил сильный толчок сзади. Вздрогнув от неожиданности, она распахнула глаза. Бедра стиснули сильные пальцы, предупреждая попытку отстраниться.
— Мэтт!
Он сжал ее в крепких объятиях и еще сильнее прижал к себе, задыхаясь от страсти, с силой и с какой-то яростью вонзаясь в ее тело. Зажатая в его руках, девушка не могла пошевелиться. Но она не стала сопротивляться, лишь, когда он отпустил ее, изумленно посмотрела на него.
— Что ты на меня так смотришь?
— Ничего. Зачем ты так?
— А ты зачем?
— Но я, правда, вчера очень устала.
— А я вчера тебя и не тронул.
Соскочив с постели, он ленивой походкой отправился в душ.
Проводив его взглядом, Кэрол села, озадаченная и шокированная. Ей начинало казаться, что она совершенно не знала Мэтта, ей казалось, что знала. Он становится другим. Или он просто становиться самим собой, открывая перед ней себя настоящего? Образ, который стоял у нее перед глазами столько лет, рушился с пугающей скоростью.
Ей стало не по себе. Очень не по себе.
Может, он просто злится на нее, потому так себя и ведет? Его же как подменили с той самой минуты, когда Рэй сказал, что она встречалась с Джеком! Да, наверное, в этом все дело. Бесится, ревнует. А еще она ему вчера отказала. Обиделся. Не надо его провоцировать, накалять обстановку, вот и все.
И он успокоится. Должен успокоиться… когда-нибудь. И снова станет прежним. Мягким, ласковым, нежным Мэттом с добрыми грустными глазами. Нет, с добрыми, но теперь не грустными, а счастливыми.
Когда он вышел из душа, Кэрол подошла к нему, нежно обняла и поцеловала.
— У нас все будет хорошо, правда… любимый?
Он расцвел и улыбнулся.
— Мне нравится, когда ты так меня называешь. Да, у нас все будет хорошо. Ты не обращай на меня внимания. Это все из-за того, что у меня болит голова. Ничего страшного, я подлечусь, и все будет хорошо. Пожалуйста, достань мне чистую одежду. Ты пока одевайся, я пойду, взгляну на машину. Что-то мне не нравится звук двигателя.
Кэрол открыла его сумку и достала голубые джинсы. Мэтт нетерпеливо выхватил их у нее из рук и поспешно надел. Девушка отыскала рубашку и вынула из сумки. Застегивая «молнию» на сумке, она заметила, как внутри что-то блеснуло. Заглянула и обомлела. Это был пистолет. Протянув руку, она осторожно достала его и повернулась к Мэтту.
— Осторожнее, котеночек, он заряжен, — невозмутимо предупредил он, увидев в ее руках оружие.
— Мэтт, где ты его взял? Зачем он тебе?
— Как это зачем? Во-первых, мы в дороге, а в дороге может случиться все, что угодно. На собственном опыте знаю.
— А во-вторых?
— А во-вторых, за мной гоняется твой яростный поклонник с мафией в придачу. Этот пистолет мне пригодится, если они меня догонят — для того, чтобы я мог застрелиться.