Кэрол не хотела думать об этом, гоня прочь от себя страшное болезненное отчаяние, наполнявшее ее сердце, душу, ее жизнь и весь окружающий мир…
Куртни поможет. Она найдет лучших врачей.
Главное сейчас, это не паниковать, не бояться, держать себя в руках. И добраться до телефона.
Не успела она об этом подумать, как услышала какой-то стук, машина дернулась. До боли прикусив губу, девушка едва не застонала от отчаяния, сбавив скорость, но не останавливаясь. Под капотом что-то методично стучало.
— Пожалуйста, миленькая, только не сейчас! Поехали, еще чуть-чуть… — шептала она, продолжая кусать от волнения губы. Фыркнув, словно усмехаясь над ней, машина заглохла. Салон погрузился во тьму. Некоторое время Кэрол неподвижно сидела в кресле, размышляя над создавшейся ситуацией. Она могла оставить Мэтта в машине и попробовать добраться до мотеля. Но до мотеля все еще было слишком далеко. Она потеряет драгоценное время, пешком, в такой ливень и по темноте пустившись на поиски мотеля. Не известно, что может за это время произойти с Мэттом, что он сделает, если очнется и не обнаружит ее рядом.
Он не понимает, где он и что с ним происходит. Он может уйти, и тогда его найдет только полиция, возможно, после того, как он успеет еще на кого-нибудь напасть. И тогда она уже ничем не сможет ему помочь. Нет, бросать его нельзя. Нужно завести машину и доехать до мотеля. Она добилась для него свободы, и она в ответе за убитого мужчину в мотеле. Нельзя допустить, чтобы пострадал кто-нибудь еще. Она должна попытаться… даже если эта попытка будет стоить ей жизни. Даже если у нее ничего не получится.
Придя к выводу, что ничего другого не остается, Кэрол развернулась и осторожно потрепала Мэтта за плечо.
— Мэтт!
Он не реагировал. Ужас, еще более отчаянный, чем страх перед жившим в нем психопатом и убийцей, ледяной рукой сжал ее сердце при мысли о том, что он на самом деле мертв, и ей это не показалось. Став коленями на сиденье, Кэрол потянулась к нему и погладила по бледному лицу.
— Мэтт!
Из черных глазниц на белом лице на нее блеснули сверкнувшие нездоровым огнем зрачки.
Кэрол невольно отодвинулась назад, за спинку сиденья.
— Что случилось, котеночек? — прохрипел он и, приподнявшись на локте, с болезненной гримасой потер ладонью голову. Губы девушки нервно дрогнули в попытке улыбнуться от смутной радости, промелькнувшей в ней, от облегчения на судорожно сжавшемся от ужаса сердце. Он жив, и он ее узнал. Его осмысленный взгляд — это все, что ей сейчас нужно, это самое главное.
«Пожалуйста, Мэтт, борись, сопротивляйся своей болезни, не теряй рассудок, и я спасу тебя, только позволь мне», — молила она про себя, не решаясь сказать это вслух. Как можно сказать сумасшедшему, что он сумасшедший, и попросить его не терять голову?
— Машина заглохла. Что-то застучало под капотом, а потом стала, — проговорила она дрожащим голосом.
— Чертов движок! — Мэтт выругался, приподнимаясь на сиденье. — Говорил, не дотянем! Черт, и льет, как из ведра!
Накинув куртку, он с тяжелым вздохом вылез из машины, захватив фонарь. Открыв крышку капота, он наклонился, исчезнув из поля зрения Кэрол. Но через мгновение он с силой захлопнул капот и вернулся в салон.
— Все, приехали.
— Неужели ничего нельзя сделать? — голос у девушки осип от волнения и страха, который она всеми силами пыталась не показать. — Ты не можешь починить?
— Могу, если у меня будут необходимые детали и инструменты. Или еще лучше, новый двигатель. Но ничего этого у меня нет, извини. Нужно съехать на обочину, чтобы в этом ливне на нас не налетела какая-нибудь машина. Нас могут не заметить вовремя. Давай, я толкну, а ты рули.
Он вышел. Наблюдая за ним в зеркало заднего вида, Кэрол увидела, как он наклонился и уперся руками в машину. Толчок, еще один, сильный, мощный, и машина плавно и легко покатилась вперед. Кэрол повернула руль, и через пару секунд машина была уже вне трассы. Сквозь шум дождя она расслышала, как ругается Мэтт, пытаясь стряхнуть с кроссовок комья прилипшей грязи.
Вернувшись в машину, он снял промокшую насквозь куртку, потом избавился от влажной рубашки.
Кэрол широко раскрытыми глазами наблюдала за ним.
— Но что же нам теперь делать?
— Для начала достань мне сухую одежду и чистые кроссовки. Я вымок до нитки и по колено в грязи.